В Инженерном корпусе Третьяковской галереи до 18 апреля 2027 года идет выставка к 160-летию Льва Бакста. Юбиляра хочется заверить: все продумано, как вы и любили. Мы привыкли видеть в нем портретиста культурной элиты, одного из главных художников «Мира искусства» и автора костюмов, после которых театр уже не мог оставаться прежним. «Русские сезоны» с их неистовым цветом и пластической свободой перевернули сценографию, а заодно и парижскую моду. А начиналось все в Гродно: Лейб-Хаим Розенберг родился в семье небогатого торговца, но рос в петербургском доме деда. Псевдоним Бакст он взял в 1889 году, на своей первой выставке. По одной из версий, это фамилия дедушки – Бакстер (Бенуа признавался, что не вполне понял его объяснений о происхождении псевдонима). В Париже художника знал весь мир как Леона Бакста. Семейная линия выставки сама просится в сюжет. В 1903 году Бакст женился на Любови Гриценко, дочери Павла Третьякова. Брак не выдержал испытания временем, но связь с галереей осталась: наследники много лет передавали ей архив мастера. Есть в экспозиции и поездка в Грецию 1907 года, совершенная вместе с Серовым. Работы Бакста там соседствуют с подлинными античными артефактами. Учеником Бакста был, между прочим, и юный Шагал. Главное личное открытие – зал, отданный архиву. Бакст собирал вырезки о себе из прессы разных стран: больше тысячи, иностранные переводили специально. Коллекционер собственного успеха – задолго до того, как это стали называть арт-менеджментом. Бакст и его история сильно зацепили, так что ждите тематических постов. А пока – в Третьяковку.