В насмешку над придворными нарядами, где каждая пуговица знает своё место, Вольтер принимает гостей в колпаке и халате. Изображения «Вольтера в халате» расходятся по Европе. Халат становится атрибутом вольного отшельника и философа; в своей домашности, частности, он — облачение подлинно индивидуального человека, мыслителя. В колпаке и халате изображает Державина Боровиковский (1811); не вылезает из халата Крылов; желает быть нарисованным в халате литератор Воейков. «Как я люблю тебя, халат! / Одежда праздности и лени / Товарищ тайных наслаждений / И поэтических отрад...» — пишет поэт Языков. Судя по отчетам племянника, на халаты для душевнобольного Батюшкова уходит более 200 рублей в год. С плеча Вольтера подхватывает халат Вяземский. «С тобой меня чуждались суеты, / Ласкали сны и нянчили мечты», — пишет он в 1817 году. И так далее до Ильи Ильича Обломова.