Новый мир

У Льюиса есть восхитительная характеристика Реннесанса. Он связывает его не с тем, что в XV веке было какое-то истинное «пробуждение», ведь в реннесансные годы хтони, крови и жести было куда как больше, чем даже в классическое Средневековье. Да и многие мифы о Средних веках относятся скорее к Реннесансу. Но с тем, что историки проецируют на историческую эпоху своё личное пробуждение, которое случается в пору ранней юности с каждым мыслящим человеком. Подростки живут в «тёмных веках» и эти тёмные века единственные по-настоящему реальные. Человек впадает в них после вневременного, почти райского блаженства детства. Это подростковое стремление к деструктиву, хамство, мальчишеская грубость — вещи совершенно нормальные. С началом гормонального перехода в подростке как будто бы разом умирает всякое стремление к красоте. Зато рождается готовность покурить за гаражами, слушать рэп (в его самых дегенеративных формах), искать во всём порнографический (даже не эротический) подтекст. Это длится несколько лет, у кого-то дольше, у кого-то меньше. У кого-то более дико, у кого-то менее. Зависит от стартовых позиций. А потом вдруг случается щелчок и человек вдруг понимает, что ему нравятся стихи. Или случайная подборка живописи попадает в самое сердце. Или книга, которую раньше он никогда бы и не открыл вдруг увлекает на всю ночь. Часто это совпадает и с первыми серьёзными вопросами о смысле сущего. Да, деструктивное никуда не исчезает ещё очень долго. Однако проникнувшая в жизнь человека красота радикальным образом преображает даже низменное. И пройти этот грубый период мальчишеских «тёмных веков» сподручнее с чем-то или с кем-то, способным этому помочь. Влияют инъекции красоты, полученные в детстве. Влияют преподаватели, способные говорить об этом доступным языком. Влияет отношение к красоте в семье. Иногда это просто одна прочитанная в детстве книга, память о которой не удалось стереть даже гормональным «великим переселением». Конечно, это скорее точная метафора, настолько точная, что невольно убеждаешься — некоторые термины куда как лучше подходят для описания истории личной, а не человечества в целом.