Хочется напомнить уже неоднократно озвученную мысль: содержательно любой сталинист — достаточно радикальный оппозиционер, а в условиях военного времени — потенциальный предатель. Современный российский извод сталинизма (неосталинизма, если быть точным) по сути глубоко оппозиционное, антисистемное движение, появившееся не только и не столько на волне советской ностальгии, сколько в качестве ответа на стремительное социальное расслоение «90-х» и «нулевых». И даже если неосталинистский нарратив сугубо эстетский — про парады, заводы-гиганты, колхозные нивы и бесконечную мудрость Вождя и Учителя — прежде всего он питает «классовое сознание» адептов, ненависть к «продажному чиновничеству» и «компрадорской буржуазии», то есть к власти и бизнесу, к сложившемуся в РФ политическому режиму. В этом плане точка приложения ненависти у неосталинистов и у беглой иноагентской оппозиции одна. И если беглая оппозиция давно уже приняла как данность, что легальными политическими методами режим не свергнуть и вся надежда только на победу Украины. То неосталинисты только начинают приходить к этой мысли. Случаи пока единичные, но, уверен, будут множиться.