Книга выдающегося русского писателя Владимира Солоухина «При свете дня» - это эссе-размышление о самой мрачной фигуре российской истории – Владимире Ульянове (Ленине). Озон Солоухин был одним из наиболее последовательных антикоммунистов в русской литературе позднесоветского периода. Уже в середине 1960-х годов он начал носить оправленный в перстень золотой пятирублевик с портретом Николая II, чем шокировал правоверных коммунистов. Глупейший и подлейший из статусных советских поэтов – Степан Щипачев, даже сочинил обличающее Солоухина стихотворение – «Перстень». Парторганизация потребовала от человека, носящего один профиль на перстне, а другой на партбилете, выбрать один из них. Но публичного покаяния от писателя так и не добились – он ответил, что николаевский рубль оставила ему мать и потому он от него не откажется. Удивительно, но «отменять» Солоухина не стали – перерывов в публикации его книг не было ни в 1970, ни в 1980-е годы. В составе патриотической «Русской Партии» 1960-80-х годов Солоухин занимал наиболее последовательную право-монархическую позицию, не идя ни на какие компромиссы с коммунизмом – ни в ленинской, ни в сталинской версии. В 1989 году в эмигрантском издательстве «Посев» выходит книга Солоухина «Читая Ленина» собрание людоедских цитат из «Нашего Ильича» - как мы теперь понимаем собрание далеко не полное, многие из мерзостей Солоухин пропустил, но и сказанного было достаточно. Из этого реферата и выросла очень солоухинская по стилю книга «При свете дня». Главная мысль этого размышления – Ленин был нерусью. И дело не столько в его происхождении, хотя и ему Солоухин уделяет известное внимание. Но мутное происхождение служит лишь отправной точкой для установления того факта, что ничто в России для Ленина не было родным – он ненавидел всех, от царя, дворян, духовенства, через интеллигенцию и купцов до рабочих и крестьян, он ненавидел всю совокупно русскую нацию, её историю, её культуру, её государственность. Проще говоря, Ленин был воплощение нигилизма, дорвавшегося до власти. Солоухин большое внимание уделяет психопатологическим чертам в поведении Ленина. Вспыльчивость, жестокость, лживость, ненависть ко всему и всем. Причем считает эти черты наследственными, ставя популярную версию о нейросифилисе лишь на второе место. С темой ленинской жестокости связан очень характерный антисолоухинский миф неокоммунистов. Якобы Владимир Алексеевич оболгал Ленина, придумав, что Крупская в мемуарах утверждала, что в Шушенском он застал на островке посреди ледостава зайцев и перебил их прикладом. Все разоблачители «клеветы Солоухина» непременно отпускают тот факт, что весь пассаж про зайцев выписан им с указанием страницы из книги Доры Штурман. То есть этот отрывок Солоухиным цитируется, но не принадлежит ему, являясь цитатой из работы довольно известной исследовательницы. Кстати, мемуары Крупской подтверждают эпизод: «Позднею осенью, когда по Енисею шла шуга (мелкий лед), ездили на острова за зайцами. Зайцы уже побелеют. С острова деться некуда, бегают, как овцы, кругом. Целую лодку настреляют, бывало, наши охотники». Так что массовое истребление Лениным беззащитных зайцев, которым некуда деваться, имело место. Под сомнением только такая деталь как приклад – то ли Штурман по памяти додумала деталь, то ли эпизод был подправлен в более поздних изданиях воспоминаний, первое издание которых вышло в 1925 году в библиотеке журнала «Прожектор».