«Черепахи могут летать» (2004, Бахман Гобади) История о курдских детях-беженцах в преддверии вторжения в Ирак. Первое снятое кино после режима Хусейна, кино, снятое почти как документалка, с непрофессиональными актерами. Мальчик Сателлит, зарабатывающий разминированием полей, девочка Агрин с немым горем, мальчик с оторванными руками, который всё ещё верит, что черепахи умеют летать — отражения реальных судеб. Критики часто сравнивают работу Бахмана Гобади с итальянским неореализмом — и это точное попадание. Почти все актеры здесь — настоящие беженцы, нашедшиеся в лагерях, и они не столько играют, сколько заново проживают свою боль перед камерой. Сам Гобади рассказывал в интервью, что нашел исполнителя роли Сателлита — мальчика-инвалида, который зарабатывает разминированием полей — в одном из лагерей, где тот действительно торговал найденными минами. Эта деталь, упоминаемая во многих рецензиях, многое объясняет в экранной достоверности. В визуальном коде фильма нет ни одной случайной детали. Кадр выстроен на контрастах: бескрайние, почти пасторальные зеленые холмы и тут же — остовы сгоревшей техники; прозрачный свет заката и грязные бинты. Отдельно критики выделяют сцену, где мальчик с ампутированными руками (его играет ребенок, реально пострадавший от взрыва) пытается поднять игрушечную черепаху. Он верит, что она может летать, и кладет ее на камень, чтобы «помочь» взлететь. Эта метафора — сердце всего сценария. Фильм наполнен гулом пролетающих военных вертолетов и далекими разрывами, но персонажи почти не реагируют на них — для них это часть ландшафта, и контраст между детским желанием жить (история с антенной, которую герои устанавливают, чтобы ловить новости о приближающейся войне, а смотрят клипы, почти авантюрна) и привычным фоном смерти — бьет сильнее прямых батальных сцен. Фильм идет всего полтора часа, но субъективно время растягивается — настолько плотно эмоционально. Финал открытый и очень горький. Автор: Мария Илларионова Канал: https://t.me/scampish_letters #НеДиванныйДизайн #НеДиванныйКультуролог