«Не переживай. Я постараюсь решить эту проблему удалённо – заодно утрясу некоторые вопросы в Москве. И максимум через три месяца вернусь домой. К 9 мая точно буду дома». Сегодня исполняется 11 лет с того момента, как длятся эти три месяца. Цифра уже не круглая, но всё ещё показательная. Достаточно большая, чтобы перестать её драматизировать. И всё ещё недостаточная, чтобы к ней привыкнуть. Обычно в этот день я вспоминаю, как просчитался на две недели с датой подписания Минских соглашений, или о стаканчике «Аэрофлота», логотип которого стал для меня личным символом свободы. С тех пор каждый февраль я жду весну с особым чувством. Тогда, в 2015-м, казалось, что всё плохое и вредное должно было закончиться именно весной. Но не закончилось. За эти годы Москва дала мне многое: она спасла, поддержала, открыла возможности, о которых многие только мечтают. И за это я благодарен. Но тоска по дому слабее не становится. Для меня дом – это не жилплощадь, которую можно купить. Это конкретная квартира по конкретному адресу в городе, где есть Лавра, Крещатик и Родина-Мать. Подол и Печерск. Запах каштанов. Воскресенка и Днепр. Бабий Яр и Борисполь. Люди, которых мне нужно обнять. Я верю, что однажды вернусь в Киев. Открыто, с российским паспортом. И с киевлянами буду говорить на языке Булгакова. И пока это время не пришло, моя задача – работать над тем, чтобы это возвращение стало возможным.