Без объявления войны: итальянская экономическая экспансия и утрата Белградом албанского контура (1925–1927) Анна Филимонова Югославское правительство, надеявшееся, что Ахмет Зогу станет его ставленником, поскольку оно помогло ему вернуться к власти, оказалось обмануто в своих ожиданиях. После всех упомянутых концессий, переданных албанским правительством Италии, Белград стал проводить политику давления и даже организации проюгославских кругов в Албании с целью свержения правительства Зогу. Италия не упускала случая постоянно указывать правительству Зогу на опасности, исходящие от Югославии, и умело использовала промахи югославской политики для разоблачения белградской подрывной деятельности против Зогу, склоняя последнего к заключению политического и военного союза, результатом чего и стало подписание 26 ноября 1926 года Первого Тиранского пакта. Когда военное командование КСХС через майора Тихомира Динича начало подготовку силового свержения Зогу, субсидируя антизогистскую эмиграцию в приграничье. В ответ Зогу и Муссолини провели скоординированную масштабную милитаризацию северной границы Албании. Кульминацией стал разрыв дипломатических отношений в июне 1927 года после ареста в Дурресе югославского курьера Джурашковича. Кризис был временно снят лишь под коллективным давлением великих держав. 14 октября 1927 года в Праге был ликвидирован ключевой информатор Белграда, албанский посланник Ценно-бег Крюэзиу, расследование указало на прямую связь убийцы с итальянскими спецслужбами. Этот теракт ускорил оформление военных блоков: 11 ноября 1927 года был подписан франко-югославский договор, а 22 ноября 1927 года — Второй Тиранский пакт между Италией и Албанией. Последний, заключенный сроком на 20 лет, окончательно превратил территорию Албании в военный плацдарм Муссолини. Согласно его положениям, албанская армия перешла в подчинение итальянским инструкторам, а фортификационные работы и строительство военных объектов были поставлены под контроль итальянских специалистов, начавших прибывать в Албанию сразу после подписания договора[13]. Э. Чеку констатирует, что «Тиранский пакт 1926 года фактически превратил Албанию в итальянский протекторат, что было закреплено Вторым Тиранским пактом 1927 года, который усилил доминирование Италии». Но, указывает он, именно «эти договоры вынудили Югославию воздержаться от вмешательства во внутренние дела Албании. Тирана, заручившись поддержкой Италии, поставила Югославию в положение, когда она оказалась в окружении». Югославия помогла Зогу вернуться к власти, но не создала с ним устойчивой системы зависимости и согласования интересов, не превратила свое влияние в устойчивую политическую конструкцию, в то время как Рим предложил Тиране комплексный пакет — кредиты, банк, концессии, инфраструктуру и военную поддержку. Два Тиранских пакта позволили Риму де-факто превратить Албанию в свою полную колонию. Немецкий консул фон Хей (von Hey) отмечал, что правительство Италии формально уважает суверенитет албанского государства и статус Зогу, ставшего с ее помощью королем, лишь потому, что сохранение видимости независимости позволяет избежать поднятия многих опасных вопросов, которые в противном случае неминуемо были бы поставлены европейскими великими державами и балканскими странами. Албания стала укомплектованным военным плацдармом Муссолини для грядущего броска на Балканы.