Кейс, который стоит разобрать После звонка нашему Президенту глав Финляндии и Норвегии, что не понравилось многим их партнерам по западной коалиции, газета The Wall Street Journal с подачи украинской стороны и их американских юристов решили посыпать морской соли на раны двухсторонних отношений. Помните историю ареста российского научного судна «Профессор Молчанов» в порту Баренцбург на Шпицбергене по решению норвежского окружного суда Норд-Тромса. Все еще тогда удивились «наглости» викингов, учитывая особый статус архипелага и то обстоятельство, что Баренцбург находится в западной части и является населенным пунктом под российской юристдикцией. Команду судна и кто на ней находился (как утверждает газета это были коммерческие туристы, любители Арктики) переправили на большую землю, а судно осталось на приколе в порту. Для нас в этой истории важным обстоятельством является тот факт, что арест произошел не по санкциям (судно не было в списка), не по политическим мотивам, а по коммерческому иску украинского «Нафтогаза» о взыскании 4,2 млрд долл компенсации за крымские активы (с процентами более 5 млрд.долл.) Ещё в апреле 2023 г Гаагский арбитраж вынес решение, Россия платить отказалась, и тогда «Нафтогаз» начал глобальную охоту за российскими активами. Сама юридическая кампания, которую «Нафтогаз» вёл с привлечением американской юридической фирмы, велась 12 лет. И именно американские юристы координируют глобальный поиск российского имущества, о чем они и поделились с WSJ, рассказывая омаленькой победе с арестом нашего научного судна. Нашли судно привлеченные норвежские юристы по судовым трекам в интернете, которые обнаружили, что после долгого перерыва оно возобновило рейсы между Мурманском и Баренцбургом, часто с туристами на борту. Это стало прецедентом, так как юристы смогли убедить суд, что судно не защищено государственным иммунитетом, поскольку используется в коммерческих целях. 28 августа судно вышло из Мурманска. 31 августа суд вынес решение. 2 сентября губернатор Шпицбергена исполнил его, и судно осталось в Баренцбурге . Из забавного, по тем же основаниям в Норвегии, под арест попали 62 снегохода, 15 автомобилей, 4 банковских счёта и недвижимость на архипелаге, а также пять объектов в Осло. Однако, в Финляндии и Австрии к осени 2026 г «Нафтогаз» через американские и европейские юрфирмы добился ареста российских активов почти на 500 млн долл, включая Русский центр науки и культуры в Хельсинки. Немного исторического контекста, который делает этот кейс особенно показательным 👉Всем помним громкое дело с арестом во Франции парусника «Седов», крупнейшего в мире учебного парусного судна, принадлежащее Мурманскому государственному техническому университету. В июле 2000 г в порту Бреста французские судебные приставы арестовали его по иску швейцарской торговой компании Noga, требовавшая от российского правительства 65 млн долл долга за поставки продовольствия. Судно прибыло во Францию на морской фестиваль и оказалось заложником коммерческого спора, к которому не имело отношения. Тогда история закончилась иначе. Суд постановил, что «Седов» не является собственностью государства, принадлежит университету, который автономен и не отвечает по долгам Москвы. Арест был признан незаконным, Noga обязали выплатить компенсацию за «злоупотребление правом ареста». Однако, разница между 2000 и 2026 гг - принципиальная. «Седов» спасли потому, что формально он не был государственным. «Профессора Молчанова» не спасли потому, что он принадлежит РФ напрямую. Для операторов российского флота это означает простую вещь: если судно принадлежит государству или аффилированной с ним структуре (на вскидку, Совкомфлот, Fesco, Росатомфлот и тд), и если оно заходит в порт или воды юрисдикции, признавшей арбитражное решение против России, риск ареста перестаёт быть гипотетическим. Норвегия после инцидента оперативно ввела правила, запрещающие арест судов, снабжающих Шпицберген, — но это теперь скорее исключение, а не правило🤷♀️