Muss Sein

спасибо за комментарий! Я рад, что Вы понимаете. И согласен, что иногда похожесть — это просто похожесть. Тем не менее для меня есть важный пункт: даже среди исторических фашистов было не так много фанатиков, которые уже 30 января 1933 года планировали отправить 6 миллионов евреев в печи Треблинки и Освенцима. Отнюдь. Среди них было довольно много "попутчиков" — и я даже не про карьеристов, тех, кто просто тоже считал, что есть проблема. Нам из дня сегодняшнего кажется, что это было все какое-то помешательство, какая-то глупость: ну, какая проблема в замечательных, образованных, интеллигентных евреях? Мы между тем забываем, что в те времена это все воспринималось несколько по-другому. Что для многих "биоевропейцев" оказалось шоком, что плодами Просвещения и демократизации воспользовались ли не они, а те, кто сам или чьи отцы еще жили в местечках, носили пейсы и говорили на странном языке. Именно в этом отчасти истоки индустриального антисемитизма. В этом было много банального ресентимента, но он был очень неплохо рационализирован - идеей, что евреи станут новой элитой, новой аристократией, в которой будут брать только «своих». Попутчики, еще раз скажу, не собирались никого убивать, они просто в какой-то момент решили, что пора поддержать кого-то, кто хоть как-то решит проблему. Окончательно. Между тем так называемая проблема - и тогда, и, собственно, сейчас - расширением доступного для движения, даже чисто технологически, географического пространства и связанной с этим эмансипацией и правовой унификацией. Вы предложили провести мне мысленный эксперимент, а я предлагаю Вам подумать о том, что то, что Вы предложили вообразить, буквально случилось в эпоху колонизации, без футбольных фанатов с дубинками, зато с карателями в пробковых шлемах. Почему же кто-то думает, что это не должно было вернуться обратно? Я здесь не обсуждаю, что в колонизации были не только страшные стороны, но и Вы, наверное, согласитесь, что от массовой миграции не одни беды. При этом я призываю Вас (и всех) подумать ещё раз о том, как Вы представляете себе мир, в котором движение остановлено или резко ограничено. Согласны ли Вы со мной, что придется либо ждать, когда отсеченная от благосостояния часть пространства восстанет всеми доступными ей методами, включая ядерные. Либо вкладывать в неё значительно большие средства, чем сегодня в интеграцию, чтобы этого не допустить. Я хочу быть предельно правильно понятым. Я не жду от крайне правых сил нового Холокоста, но я серьезно считаю, что «диктатура сконструированного большинства» — это не просто угроза, а оборотная сторона демократии. Когда одна за другая часть общества назначается ответственной за проблемы, а часто просто визуальный дискомфорт, целого. И я считаю, что без всякого Гитлера и гестапо это «большинство нормальных людей» способно сделать невыносимой жизнь всех, кого назначит инаковыми (собственно, вокруг этого большинство, как правило, и конструируется). Именно поэтому в словосочетании либеральная демократия — редкий случай — я считаю, что прилагательное важнее существительного. Чувствую ли я аналогичную опасность от исламистов? Или, скажем, троцкистов-маоистов? Ещё как! Но ни у тех, ни у других, к счастью, нет 30% рейтинга.

У нас тут сегодня парад комментариев. Хотел извиниться сначала, а потом подумал: ну, классно, значит, хорошая дискуссия, спасибо! Опубликую сейчас ответ вот на этот.

Про сентябрь 2015 — да, решение принимала Меркель, тут спорить не о чем. А вот «экспоненциальный масштаб» цифры не подтверждают. Данные BAMF (Forschungsbericht 55, 2026) — доля мусульман в населении Германии: 2008: 4,6–5,2 % 2015: 5,4–5,7 % 2019: 6,4–6,7 % 2025: 8,0–8,5 % То есть до 2015 прирост 0,09 процентного пункта в год, после — 0,27. Ускорение реальное, втрое. Но рост с тех пор идёт практически линейно, а не по экспоненте. За 17 лет — с ~5 % до ~8 %. Pew в прогнозе на 2050 год при продолжающейся миграции даёт 8,7–10,8 %. Ни один сценарий даже близко не подходит к большинству. И ещё: по опросам Ipsos люди в среднем оценивают долю мусульман втрое выше реальной. Спор часто идёт не о цифрах, а об этой разнице. Отдельно: «исламизировать» — это уже не про долю населения, а про трансформацию общества. Это два разных утверждения, и измерить можно только первое.

В Рейнланд-Пфальце первый опрос с момента выборов весной (там, напомню, христианский демократ Шнидер сменил социал-демократа Швайцера, но правит при этом в коалиции с той же СДПГ). "Альтернатива" и "Зеленые" мощно выросли, правящие партии (особенно соц-демы) еще более мощно упали.

Между тем партия Volt в Саксонии-Анхальт идет на выборы с плакатами "Страх — не программа. За факты вместо эмоций" (фотка не моя, с их сайта). Партия Volt (теоретически) мне нравится, во всех валь-оматах, включая анхальто-саксонский, она у меня стабильно побеждает, идея европейской федерации греет мое сердце. Но вот конкретно эти слова мне кажутся популистскими, причем опасно популистскими. По способу мышления, который за ними стоит. Не для страны, понятно, опасными, а для самой партии, или даже точнее, для той (пока) небольшой общественной страты, чье самосознание она отражает. Понятно, что слово "факты" здесь играет роль, скажем так, сплачивающую, своего рода девиза: мы, мол, фактические, базирующиеся на реальности, в отличие от разнообразных этих, эмоционирующих фантазеров. Проблема, для меня, в том, что чувства и эмоции в политике — более чем реальны. Для всех. И они очень часто, чтоб не сказать всегда, идут раньше, чем фактические построения. Точнее, фактические построения служат для того, чтобы их обосновать. Например, чувство, что бояться нечего. Мне кажется, важно не отрицать ни свои, ни чужие эмоции, а искать способы политической работы с ними. Во-первых, научиться видеть, какая эмоция стоит за собственной гонкой за фактами. Во-вторых, признать, что одними только фактами чужие эмоции не побеждаются.

В Саксонии-Анхальт Армин Виллингманн, который вот только что предложил снизить проходной барьер до 3%, баллотируется под лозунгом «Опыт вместо экспериментов». А, да, от экспериментов он предлагает отказаться, написав выше маленькими буквами, что он «из науки».

(poll without text)

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.