Не знаю, с чем связано, но первый русский перевод «Фолкнера» Мэри Шелли, фильмы «Франкенштейн» дель Торо и «Невеста!» Мэгги Джилленхол вышли почти одновременно. Я читала «Франкенштейна» в школе, была очень впечатлена тем, что эту историю написала женщина и с тех пор периодически возвращалась мыслями к Мэри, много раз представляя, как ей снится один и тот же сон. Я даже писала кое-что на этот счет. «На вилле Диодати, коротая унылые дни в заливаемых дождем горах, компания дискутировала об экспериментах Дарвина и спорила о существовании призраков. Каждую ночь Мэри снится один и тот же сон, будто крошечная девочка — первый ребенок, умерший вскоре после рождения, — все-таки жива, просто она очень замерзла и нужно поднести ее к камину, как следует растереть ручки и ножки. Иногда во сне Мэри подключает к белому тельцу провода и опускает рычаг, оживляя девочку электричеством. Она думает, как ужасна недоступная мужчинам участь создателя, если не можешь спасти свое творение ни от горя, ни от смерти. Одной тревожной ночью на вилле у Женевского озера она начинает писать историю о монстре Франкенштейна. Сюжет рождается из скорби по крошечной девочке — первому ребенку, умершему сразу после рождения». Я ждала какой-то особенный фильм о ней, и вот случилась «Невеста!» Живой, дерзкий, очень амбициозный, но вместе с тем предельно несовершенный. Сюжетный линии брошены, очень яркие второстепенные персонажи (Пенелопа Крус в роли детектива) никак не развиваются, и я совершенно не понимаю, о чем этот фильм — ни одна мысль не доведена до конца. Но вот, что странно — на титрах становится совершенно очевидно: только что ты посмотрел нечто удивительное, абсолютно дикое и одновременно трагичное. Может в этом и суть? Может этот фильм — тоже своего рода монстр Франкенштейна, сделанный из плоти и крови, но лишенный выраженной сюжетной основы? Гениальная Джесси Бакли играет и мертвую Невесту, и Мэри Шелли в ее голове. Обе достаточно сумасшедшие, и если насчет Невесты вопросов нет, то с воплощением Шелли мне не хотелось соглашаться. Все-таки она была очень умной и образованной, одной из немногих женщин своего времени, кто зарабатывал писательской карьерой, пьесы по ее роману пользовались огромных успехом, их смотрело куда больше людей, чем читали стихи Перси Шелли. В общем, мне не хотелось видеть ее какой-то неуравновешенной, ненормальной, но потом я задумалась, с чего мы вообще решили, что спокойствие и рациональность это норма? Разве похоже, что это норма? Может, это, наоборот, отклонение, а естественно быть страстной, пылающей, безумной? Кадры из фильма «Невеста!», 2026 год