Добрый Московитъ

Сказ о Галактице далекия, яже глаголется "Кин-дза-дза" Бе человек един именем Володимир по ремеслу же своему муроль. Во время оно поиде хлеб купити на торжище да узре человека нищего да юродиваго с прехитрою скрижалью. И нача над юродивым сим да над его скрижалью смеятися злокозненно. И бысть с нима отрок един иверскаго племени со гудком мусическим. А юродивый им рече, яко негоже де над скрижалию его смеятися, имеет бо она силу, от волхвования да чернокнижия обретенную, дабы на иныя планиды летати. Токмо на словеса сии ста муроль Володимир пуще смеятися да отня скрижаль сию у юродиваго. За кощунство же сие быста муроль да Гедеван-гудошник на планиду пустынную низвергнуты. И явися им лодия летучая, рекомая Пепелац, о двух человецех, имена же их Уеф да Буки. На сей же планиде пустынныя, яже глаголется Плюк, два сословия беста, яже еста Пацаки да Чатлане. Пацаки суть яко рабы, и надобает им носити бубенец в носу. А Чатлане суть господа и чепь особливую носят. А царь на той планиде именем Покой-Живете богат вельми и знатен, во всякое время в мовнице пребывает. А стражи государевы рекутся Ецилопиями, имают светильники дивныя на челе и за всякое неисправление кары чинят. А деньгИ на той Плюк-планиде несть ни куны, ни же гривны, а речется она чатл да еще за огниво всякую куплю да торг творят. А язык их дивен да прост вельми, яко прежде род Словенский чертами и резами писаше, такожде и оные Плюкане токмо кратким словесы изъясняются, обаче же имают дар языков всякое чуждое наречие силою мысли разумети да абие научаются словеса иноязычная молвити. Еще же есть на том Плюке снаряд особый, рекомый Гравицапа. Без нея же Пепелац-лодия токмо низко летает, ниже тверди небесныя, а со прехитрою Гравицапою на любую планиду полетети мощно. Беста же Уеф и Буки скоморохи плюканския. Токмо искусство их мусическое скудно вельми. А Володимир-муроль токмо едину песньиведаше: "Мати, мати, что аз творити буду?" Да песнь сия под гудок Гедевана-гудошника вельми людям плюканским полюбися. "Новый Лѣтописецъ"