- О, да! - весело подтвердила Анна Андреевна, - когда едешь в мягком ландо, под маленьким зонтиком, с большой собакой рядом на сиденье и все говорят: "вот Ахматова", - это одно. Но когда стоишь во дворе, под мокрым снегом, в очереди за селедками и пахнет селедками так пронзительно, что и туфли, и пальто будут пахнуть еще десять дней, и вдруг сзади кто-то произносит: "Свежо и остро пахли морем на блюде устрицы во льду" - это совсем, совсем другое." Мемуары Лидии Чуковской.