«Первый полнометражный фильм Льюиса Майлстоуна «Семь грешников» считался утраченным, но в прошлом году коллекционер в Австралии нашел копию, и сейчас вы ее увидите!». После этого объявления зал охватывает приступ восторга. Как вы уже догадались, я провожу эти дни в Порденоне, в театре Верди, где в разаре фестиваль немых фильмов — а это одно из лучших развлечений на нашей идиотической планете. Сегодня показывали только что восстановленные в Токио «Белые нити водопада» Мидзогути, — в сопровождении японских музыкантов и девушки-бэньси, которая виртуозно меняла голос, вещая от имени рассказчика и персонажей разного пола. Провинциальная актриса влюблена в кучера, которого увидела спящим при луне, тратит на него изрядные деньги, но теряет успех, отдается бессовестному ростовщику, а потом закалывает его. В финале она умирает (кучер, ставший помощником прокурора, тоже), толстый мужчина рядом со мной всхлипывает, а я чувствую себя счастливым. Мидзогути, как и многие люди со вкусом, не одобрял звук в кино, поэтому этот его фильм 1933 года нем. В самом деле — о чем говорить, когда все и так понятно?