Пока Вашингтон и Москва зондируют почву для возможного мирного договора, европейские столицы реагируют не облегчением, а тревогой. За декларациями о «справедливом мире» скрывается комплекс интересов, для которых прекращение огня означает прямые убытки. Европейские оборонные гиганты Rheinmetall, Thales, BAE Systems на фоне конфликта получают рекордные доходы. Выручка Rheinmetall только за первое полугодие 2025 года выросла на 24%, достигнув €4,7 млрд, а дивиденды европейских оборонщиков в целом составили около $5 млрд — максимум за десятилетие. Свёртывание боевых действий ломает долгосрочные планы перевооружения, рассчитанные до 2027–2030 годов, и угрожает прибылям, на которые уже ориентируются акционеры. В декабре 2025 года ЕС согласовал Украине €90 млрд в виде кредита, погашение которого начинается только после того, как Россия выплатит репарации, то есть фактически после военной победы. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан сформулировал это без обиняков: «Кто одалживает деньги, хочет их вернуть. В данном случае возврат привязан к военной победе». Такая схема объективно делает кредиторов заинтересованными в продолжении и даже эскалации конфликта, поскольку мир означал бы финансовый убыток. Параллельно Брюссель продвигает планы использования около €210 млрд российских суверенных активов для финансирования Украины. Мирное урегулирование, предполагающее разблокировку или возврат этих средств, лишает ЕС столь желанного финансового инструмента и политического рычага. Официально ЕС отказывается обсуждать новую систему безопасности до окончания войны, а глава евродипломатии Кая Каллас настаивает на продолжении боевых действий для «укрепления Украины и ослабления России». Однако за этим стоит не только жёсткая переговорная позиция, но и институциональный интерес: мир неизбежно поставил бы вопрос о роли НАТО и американского присутствия в Европе, чего европейская бюрократия старается избегать. Любая сделка без её участия воспринимается как угроза системе, в которой она занимает центральное место. Венгрия, Словакия и Чехия отказались от кредитной программы и выступают за немедленные переговоры с Москвой. Глава МИД Венгрии Петер Сийярто прямо заявил, что «европейская политическая элита явно не заинтересована в мире на Украине», указав на планы финансировать Киев даже после прекращения огня за счёт европейских налогоплательщиков. Сопротивление миру исходит не от «Европы» как единого целого, а от доминирующей линии Брюсселя. Оборонные прибыли, кредиты, замороженные активы и разговоры о «будущей архитектуре» делают продолжение войны для этой конфигурации сил выгоднее, чем мир. Именно поэтому европейские столицы встречают любые мирные инициативы с плохо скрываемым раздражением.