Состояние заложников доходит до предела. Несмотря на невыносимую жару, им по-прежнему не дают ни воды, ни еды. Нервничают и сами террористы. Один из главарей Владимир Ходов ходит по спортзалу и повторяет, что дети попадут в рай, а их родители — в ад.
Минута в минуту
Реконструкции исторических событий. С точностью до минуты. Написать нам: @pominutno_partners Поддержать проект: Картой из любой страны — t.me/tribute/app?startapp=s1X9 Другим способом — t.me/minutavminutu/5591 РКН №5537616013
-
-
Правительственная «Российская газета» себе лишних размышлений о штурме не позволяет. Она ограничивается странным сочетанием заголовка «Цель — жизни» и фотографией целящегося в кого-то бесланского ополченца.
-
На передовице «Коммерсанта» — заголовок «Штурмовое предупреждение» и фото с плакатом из Беслана: «Путин!!! Выпусти наших детей! Выполни их требования!» Жирным шрифтом выделен вопрос журналистки Ольги Алленовой к ополченцам: «Разве вас спросят, если решат штурмовать?»
-
На передовицах утренних газет — только Беслан. На фоне невыносимых условий для заложников и отсутствия переговоров журналисты опасаются штурма. «Московский комсомолец» крупными буквами выводит «Штурма не будет» — но о его возможных исходах все-таки рассказывает.
-
Во Дворец культуры, переполненный родственниками заложников, приходит Леонид Рошаль. Успокаивая их, он дает нереалистичный прогноз выживаемости детей: — У нас в запасе 8-9 дней. Сегодня угрозы жизни, даже без воды, нет ни одному ребёнку. К этому моменту 12-летняя заложница Яна Рудик уже мертва.
-
Это утро в Беслане очень жаркое. В спортзале стоит невыносимая духота. «Половина людей ничего не понимала, а другой половине было уже всё равно: остаться в живых или умереть, лишь бы всё закончилось. Губы опухли и потрескались от жажды», — вспоминает 8-классница Амага Цибирова.
-
Вика Гусейнова видит покойного отца почти наяву. Уверенная, что он пришел за ней, она пишет маме, сестре и бабушке прощальную записку: «Видела папу. Иду к нему. Будем жить вместе. Вас я всех люблю». Вика прячет записку в брюки: будут обмывать тело — найдут.
-
С 11-классницей Викой Гусейновой заговаривает 5-классник, сидящий рядом. Он рассказывает, что у него нет отца. — И у меня тоже, — отвечает Вика. — Значит, будем ходить «там» в гости друг к другу, — спокойно говорит мальчик.
-
Сайты чеченских сепаратистов публикуют заявление своего лидера Аслана Масхадова. Он резко осуждает захват детей и уверяет, что «акцию» с ним никто не согласовывал. Масхадов называет происходящее не терактом, а «превышением полномочий в рамках диверсионно-разведывательной операции».
-
Светает. 8-летний Заурбек Бициев говорит своей матери Зарине Дзампаевой: — Мама, смотри, какое красивое утро. Значит, всё хорошо закончится…
-
9-летняя заложница Лена Вазагова мысленно прощается с родителями: «Жаль, что я вас больше не увижу». Она представляет, как откроют настежь ворота их дома, как будут плакать мама, знакомые и соседи, а у ворот в скорбном молчании будут стоять мужчины. Из дальних сел и даже из Южной Осетии приедут родственники, чтобы выразить ее родителям соболезнования.
-
Террористы, не спавшие две ночи, уже сами теряют связь с реальностью. Один из них записывает на диктофон странный монолог: — В округе нету ничего: ни озёр, ни рек… абсолютно никакой источник воды. Лишь деревья, листья и звери. Что меня интересует: откуда тут взялись лягушки, а?
-
После того, как заложников перестали выпускать в туалет, в зале стоит невыносимый смрад. Запах пота, которым они обливаются из-за жары, смешивался с сильным запахом мочи. Кто-то находит на полу флакон шампуня. Женщины капают им на картонки, обмахиваются ими, мажут шампунем лица, чтобы перебить невыносимую вонь.
-
Вопреки запрету один из террористов даёт воду для девочки, потерявшей сознание. Постепенно она приходит в себя. Вместе с матерью их загоняют обратно в спортзал. «Кто-то плакал; кто-то орал, что не хочет умирать. Так прошла вся вторая ночь», — вспоминает 8-классница Амага Цибирова.
-
Пытаясь вернуть девочку к жизни, врач Лариса Мамитова просит террористов: — Дайте воды — я смогу ее спасти. Хоть чуть-чуть. Хоть глоточек. Один из террористов толкает в ее сторону помойное ведро: — Помочитесь, и пускай пьёт.
-
У дочери заложницы Анжелы Кодзаевой происходит нервный срыв: она бежит к дверям спортзала, кричит и падает в обморок. К ней подбегает врач Лариса Мамитова. Она делает девочке искусственное дыхание и массаж сердца, но ребенок не приходит в сознание.
-
У некоторых детей температура поднимается до 40°С. У врача Ларисы Мамитовой всего одна упаковка аспирина. Она начинает делить таблетки на половинки, потом на четвертинки… Вместе с директором школы Лидией Цалиевой они обшаривают все сумки и пакеты в зале и собирают из них все лекарства. Террорист, сидящий на «педали», делает вид, что ничего не замечает.
-
Одна из взрослых заложниц обращается к 4-класснице Фатиме Дзгоевой: — Сними свои туфельки. Они у тебя новые. Можно, вы будете туда ходить писать, а мы все будем пить эту мочу?
-
Учительница Раиса Кибизова уговаривает шестиклассников пить мочу из бутылок, которые раздали мальчикам. Дети брезгуют. Тогда Кибизова первая отхлёбывает мочи одного из них: «Я даже нос не прикрыла, чтобы дети поняли, что не так страшно. И после меня они стали пить».
-

Учительница осетинского языка и литературы Джульета Гутиева находит в спортзале свою коллегу Альбину Тебиеву с сыном Зауром: — Как вы без воды? — Ну, что… Вот мальчик у меня по-маленькому сходил и прям тут же из бутылки он это всё выпил залпом.
- Older posts