Юлия Михальчук • Адвокат

@mikhalchuk_yulia · Russian · active

👩🏻‍⚖️ Адвокат. Выигрываю корпоративные, банкротные и семейные споры. 🥇 Топ-100 персон банкротства PROбанкротство. 📲 Связаться @Yulia_Mikhalchuk. С других аккаунтов пишут мошенники. Реестр https://www.gosuslugi.ru/snet/67406462c577eb7c52128ffd

Subscribers 16.7K Subscribers, last 30 days: 16.7K → 16.7K +0 24h
Reach per post (ERR) 10.1%1.7K avg views
Posting 1.5/day last 14 hours ago
Reactions per 1K views 16.1 ❤ 🔥 💯
  1. Как сохранить опыт основателя бизнеса? У небольшого бизнеса может быть срок жизни в одно поколение. Основатель отходит от дел, детям интересны другие занятия, преемника среди сотрудников нет. Или собственник теряет интерес к работе. Или компания закрывается после банкротства. Вместе с ней может исчезнуть опыт, который годами оставался в голове одного человека. Как выбирать поставщиков, распознавать проблемных заказчиков, договариваться с командой, принимать решения при нехватке денег. За привычным «я знаю, как здесь поступить» стоят годы проб и дорогих ошибок. Недавно я увидела рекламу будущего устройства, которое носят на шее. Оно должно записывать разговоры и помогать человеку рефлексировать. Такой «психолог на шее». Подобный подход был бы полезен директорам и владельцам бизнеса. ИИ-агент мог бы с согласия участников сохранять переговоры, встречи с командой, объяснения собственника после сложных решений. На основе этих материалов – формировать собственную базу знаний компании, по которой обучались бы сотрудники. Например, руководитель отказался от крупного заказа. Агент задаёт уточняющие вопросы. Что насторожило? Какие варианты обсуждали? Почему ожидаемый доход не оправдывал риск? Позже к этому разбору добавляется результат, чтобы проверить первоначальные предположения. Постепенно у компании появляется история решений с их логикой и последствиями. Новый руководитель может понять, почему здесь работают именно так. Сотрудники получают материал для обучения практическому менеджменту. Собственнику становится проще передавать управление и сокращать число вопросов, которые без него никто не решает. Я бы рекомендовала предпринимателям уже сейчас продумывать такую систему и начинать с небольшого участка работы: 1. Выбрать повторяющуюся задачу, в которой всё держится на собственнике. Например, оценку новых заказов или переговоры с поставщиками. 2. Сохранять обсуждения и короткие объяснения после принятого решения. Что было известно, какие варианты рассматривали, почему выбрали этот. 3. Настроить ИИ-помощника, который собирает из записей разборы ситуаций. Руководитель проверяет точность, команда дополняет их результатами и использует при обучении. В такую базу стоит включать и неудачные решения. Опыт закрывшегося бизнеса тоже может быть полезен, если разобрать причины ошибок и условия, в которых они возникли. Это выглядит как содержательная идея для AI-стартапа – помогать компаниям превращать повседневную работу руководителя в проверенную базу управленческого опыта. У такого продукта есть конкретная задача. Сделать знания основателя доступными другим людям, пока он ещё может объяснить свою логику. 🗣 Юлия Михальчук

  2. +5

    Что юрист может забрать с выставки? Мне нравится искать вдохновение и идеи для своей работы в других областях. У художников интересно подсмотреть сам способ думать – что они замечают, как связывают вещи между собой, что предлагают увидеть нам. В юридической работе опыт помогает быстро узнавать знакомые паттерны. Прочитал документы – уже понимаешь, на какое из прежних дел это похоже. Здесь легко поторопиться и начать подгонять новую историю под знакомый план. Искусство даёт хороший повод задержаться перед тем, как быстро начать что-то делать. Рассмотреть детали, разобраться в своей реакции, допустить несколько объяснений увиденного. Ещё мне интересна возможность посмотреть на мир, собранный чужим вниманием. Художник делает главным то, мимо чего я могла бы пройти. В судебном споре тоже многое зависит от того, куда каждый смотрит. Доверитель, оппонент и судья могут выделять совершенно разные обстоятельства одного дела. Полезно помнить об этом, даже когда собственная версия выглядит безупречно. Ведь у каждого человека своя картина мира, убеждения, взгляд и фокус/расфокус. И, конечно, сочетания. Меня привлекает сама идея, что из знакомых элементов можно собрать что-то, что раньше не приходило в голову. В моей работе такое творчество тоже нужно – когда придумываешь условия соглашения, выстраиваешь защиту, ищешь решение для людей с несовпадающими интересами. У искусства хочется брать эту свободу допускать непривычное и позволить себе мысль «А так тоже можно?» 🗣 Юлия Михальчук

  3. «Любовь как образ жизни», притчи про любовь — сборник Андрея Якушева #книга 35 из 52 В школе мифы и легенды казались мне какой-то глупостью. Какие крылья у человека? Как это – орёл клюёт печень, а она восстанавливается? И как вообще можно держать на плечах небо? Повзрослев, я стала видеть в этих историях точные метафоры человеческой жизни. Про то, как устроена наша психика, сколько мы способны выдерживать и как живём с тем, что на себя взяли. В этом году я уже несколько раз писала о сборниках притч. Закончила очередную книгу и считаю возвращение к этому жанру одним из лучших своих читательских решений. В коротких историях собран плотный концентрат человеческого опыта – мораль, вера, неписаные правила, отношения между людьми. Для меня это ещё и способ откалибровать себя. Насколько я учитываю чужие интересы? Где оправдываю собственный эгоизм? Могу ли помочь и почему прохожу мимо? На поступки героев реагируешь быстро, а потом полезно примерить собственную оценку к себе. Такие книги хочется читать с паузами. Одна притча, хотя бы пять минут на размышление, возможность немного в ней «повариться». А чтение вдвоём даёт отдельное удовольствие. Обсудить, кто как понял историю, почему герои поступили именно так и что вообще сделало этот сюжет притчей. На одной странице можно обнаружить столько различий в представлениях о любви, заботе и справедливости, что разговора хватит на целый вечер. 🗣 Юлия Михальчук

  4. edited

    Моя методология про то, как защищать ответчиков от субсидиарной ответственности Летом я готовила для портала PROбанкротство аналитический материал с рекомендациями о том, как выстраивать защиту от субсидиарной ответственности. Первоначальный план был вполне скромным – написать хорошую практическую статью. В результате получился файл объемом больше 30 страниц. Для интернет-издания, живущего в эпоху короткого и емкого контента, такой материал оказался слишком большим. Отправлять его в корзину мне было жалко, поэтому я стала думать, как можно его утилитарно использовать. Первой появилась идея сделать материал дополнением к моим лекциям в М-Логосе и другим семинарам по защите от субсидиарной ответственности. Однако я довольно трезво оцениваю судьбу дополнительных материалов. Если после лекции слушателям отправить файл на 30 страниц, внимательно прочитают его меньше 10%. Остальные сохранят в папку «обязательно изучить позже», где уже покоятся десятки столь же полезных материалов. Мне хотелось создать рабочий инструмент, к которому юрист будет обращаться во время конкретного дела. Открывать его при подготовке отзыва, проверке доказательств, формировании стратегии или поиске позиции Верховного суда. Сначала я думала об отдельном сайте. Однако сайт довольно быстро превратил бы методологию в статичный продукт. Мне же нужна живая система, которую можно постоянно пополнять новыми идеями, судебными актами, литературой, видеозаписями и практическими рекомендациями. В итоге я решила упаковать методологию в мой любимый Notion. Сейчас там постепенно складывается полноценная рабочая панель по защите ответчиков от субсидиарной ответственности. 🎓 В нее входят чек-листы, красные флаги и конкретные рекомендации о том, как формировать стратегию защиты, собирать и использовать доказательства, проверять полноту позиции и устраивать ей краш-тест до того, как это сделают заявитель и суд. 🎓 Там же я собрала разъяснения Верховного суда из тематических и ежеквартальных обзоров судебной практики, а также постановлений Пленума. Их оказалось заметно больше, чем можно вспомнить навскидку даже при постоянной работе с субсидиарной ответственностью. 🎓 Отдельный блок – картотека судебной практики. В нее входят определения Верховного суда начиная с 2014 года и по текущий момент, если в них затрагивались вопросы субсидиарной ответственности. К каждому делу можно добавить краткую фабулу, правовую позицию и пояснение, для какой задачи защиты его стоит использовать. 🎓 Параллельно я собираю в этой системе видеозаписи своих лекций и выступлений, а также библиотеку источников. Сейчас в ней уже восемь диссертаций, книга и несколько десятков статей. Эта часть особенно ценна для тех, кому требуется выйти за пределы готовых правовых позиций и разобраться в самой конструкции ответственности глубже. В итоге из статьи, которая не поместилась в интернет-издание, получается интерактивная методология защиты. Она объединяет мою практику, судебные позиции, алгоритмы работы с делом и материалы для самостоятельного изучения. Причем система будет развиваться вместе с практикой, а значит, у нее в принципе отсутствует финальная версия. Доступ к методологии я буду давать слушателям моих лекций по субсидиарной ответственности в М-Логосе и других образовательных проектах, а также гостям конференций, на которых выступаю. Ближайшая возможность появится уже 12 сентября в Сочи на конференции, которую организует Оля Субота. Я расскажу, как устроена эта методология, какие задачи она решает и как помогает нам выстраивать защиту и выигрывать судебные споры. Участники конференции получат доступ и смогут некоторое время пользоваться всей системой. Так мой текст на 30 с лишним страниц все-таки нашел свою форму. И она получилась значительно полезнее обычной статьи. 🗣 Юлия Михальчук

  5. edited

    10 вопросов, чтобы устроить краш-тест судебной позиции Когда долго работаешь над делом, сложнее замечать недостатки своей позиции. Ты знаешь обстоятельства, документы, объяснения доверителя. Выводы кажутся очевидными, хотя в тексте для суда они могут быть не объяснены. Перед подачей проверьте, убедителен ли документ для человека, который впервые знакомится с делом. Разберём десять вопросов на примере защиты директора от субсидиарной ответственности за вывод активов и непередачу документов. 1️⃣ На все ли претензии мы ответили? Составьте перечень претензий к директору. Какие сделки, платежи, решения? Какие документы он не передал? Затем проверить, есть ли ответ по каждому эпизоду. Бывает, что один довод оставляем без внимания. Хотя именно он может стать основанием для ответственности. 2️⃣ Понятно ли, почему мы просим отказать в заявлении? Попробуйте коротко объяснить позицию коллеге, который не участвует в деле. Например, оборудование продано по рыночной цене, деньги поступили обществу и направлены на расчёты с кредиторами. Особенно важно ясно описать многоуровневую сделку. Основной довод должен быть понятен без пояснений автора. 3️⃣ Чем подтверждается каждое наше утверждение? Если пишем, что документы переданы, нужно проверить, что перечислено в акте. Если ссылаемся на оплату, нужны исполненное платёжное поручение или выписка по счёту. Проверьте, действительно ли доказательство подтверждает наше утверждение. 4️⃣ Нет ли противоречий в датах? Выпишите даты работы директора, спорных сделок, платежей, появления финансовых проблем и передачи документации. Например, мы утверждаем, что после увольнения директор не участвовал в деятельности общества. При этом в деле есть более поздняя переписка с его указаниями сотрудникам. Такое противоречие необходимо объяснить. 5️⃣ Правильно ли мы распределили бремя доказывания? По каждому основанию нужно определить, что обязан подтвердить заявитель, какая презумпция применима и чем мы её опровергаем. Прежде чем написать «управляющий не доказал», стоит проверить, должен ли это обстоятельство доказывать он. Иначе можно построить защиту на возражении, которое не работает. 6️⃣ Объяснили ли мы экономическую сторону событий? Допустим, директор продал оборудование. Почему приняли такое решение? Как определили цену? На что потратили деньги? Могла ли компания работать без этого оборудования? Ссылку на обычную хозяйственную деятельность нужно подкрепить обстоятельствами, расчётами и документами. 7️⃣ Ответили ли мы на самый сильный довод заявителя? Управляющий утверждает, что оборудование продали связанному лицу, оплату не получили, а компания после сделки прекратила работу. Ответили ли мы на эту совокупность обстоятельств? Или ограничились рассуждениями о допустимости сделок между связанными лицами? Важно проверить, по существу ли мы спорим с оппонентом. 8️⃣ Какие неудобные обстоятельства мы оставили без объяснения? Отсутствие оплаты, противоречивая переписка, утраченные документы. Юрист знает слабые места позиции. Стоит обсудить его с доверителем и командой. Что произошло? Чем это подтверждается? Как влияет на защиту? Рассчитывать, что суд не обратит внимания, слишком рискованно. 9️⃣ Что будем делать, если суд отклонит основной довод? Например, суд сочтёт акт передачи документов недостаточно подробным. Есть ли другие подтверждения передачи? Что ответим на утверждение, что отсутствие документации помешало найти имущество и взыскать дебиторскую задолженность? Это стоит разобрать, пока есть время собрать доказательства. 🔟 Как суд может обосновать решение против нас? Попробуйте написать несколько абзацев судебного акта о привлечении директора к ответственности. На какие доказательства суд сошлётся? Почему отклонит наши возражения? Где согласится с управляющим? Так можно увидеть недостатки защиты, незаметные при перечитывании отзыва. Привлеките к проверке коллегу, который не погружён в дело. Попросите его отметить, что непонятно, какой вывод не подтверждён и на какой вопрос нет ответа. По итогам составьте список доработок перед подачей документа. 🗣 Юлия Михальчук

  6. Какой юрист лучше — излишне уверенный или тревожный? В последнее время я часто думаю об этом через призму собственного мироощущения, работы нашей команды, общения с коллегами и доверителями. Представим двух судебных юристов. Первый — каменная глыба. Его сложно вывести из равновесия. Он твёрдо уверен в своей позиции, убедительно выступает и не допускает мысли, что его правовая конструкция может оказаться ошибочной. Для доверителя такой юрист выглядит надёжно. Рядом с ним спокойно. Однако у этой уверенности есть оборотная сторона. Она снижает потребность перепроверять себя. Юрист может пропустить неудобный довод оппонента, не заметить изменение судебной практики, положиться на собственный опыт и обнаружить ошибку уже в заседании. Второй тип — тревожный юрист. Он сомневается в своей позиции, несколько раз перечитывает документы, ищет исключения из общего правила, проверяет каждую ссылку и заранее моделирует всё, что может пойти не по плану. Рядом с ним доверителю может быть менее спокойно. Зато внутреннее беспокойство заставляет такого юриста искать слабые места собственной позиции раньше, чем их найдут процессуальный оппонент и суд. Мне кажется, здесь важно разделить два качества. Первое — внешняя устойчивость. Способность спокойно действовать в условиях давления, принимать решения и сохранять ясность в судебном заседании. Второе — внутренний профессиональный скепсис. Готовность сомневаться в собственных выводах, перепроверять факты и признавать, что даже сильная позиция может иметь уязвимые места. Эти качества вполне могут существовать в одном человеке. Наверное, самый сильный судебный юрист выглядит как каменная глыба после того, как его внутренний тревожник уже несколько раз проверил документы, судебную практику, доказательства, возможные возражения и запасной сценарий. Уверенность без проверки легко превращается в самоуверенность. Тревожность без внутренней опоры мешает принимать решения. А профессиональная зрелость начинается там, где юрист умеет использовать сомнение как рабочий инструмент и при этом сохранять твёрдость в процессе. Интересно, к какому типу вы относите себя? И кого выбрали бы для собственного судебного спора — предельно уверенного юриста или юриста, который сомневается и поэтому перепроверяет всё несколько раз? 🗣 Юлия Михальчук

  7. edited

    Я не умею допрашивать свидетелей. Разбираемся, как научиться это делать Когда мы с коллегами обсуждаем свидетельские показания, разговор обычно сводится к трем сложностям. Первая – заранее сформулировать правильные вопросы. Вторая – быстро сориентироваться в ответах и задать уточнения. Третья – провести допрос так, чтобы получить факты, имеющие значение для дела. В суде все усложняется. Часть вопросов может снять судья. Свидетель может растеряться, забыть важную деталь или начать рассуждать вместо ответа. Время на допрос бывает ограничено. Со свидетелем оппонента приходится работать почти вслепую. Поэтому одна из лучших тренировок для юриста – нотариальный допрос своего свидетеля. Можно последовательно задать подготовленные вопросы, уточнить неоднозначные ответы и получить готовый протокол. Заодно проверить, выдерживает ли свидетельская версия столкновение с документами. Порой один честный ответ разрушает красивую позицию, которую юрист уже успел построить. Лучше узнать об этом у нотариуса, чем в судебном заседании. Как подготовиться к допросу? 1. Начните с предмета доказывания Определите, какие факты должен подтвердить свидетель, откуда он о них знает и какое значение они имеют для дела. Рабочая схема: факт → источник осведомленности → вопрос → подтверждающий документ 2. Спрашивайте о фактах – Где Вы находились? – Кто участвовал во встрече? – Какие поручения Вы получили? – Что сделали после разговора? – От кого узнали об этом обстоятельстве? Если свидетель не может назвать источник своей осведомленности, доказательственная ценность показаний снижается. 3. Выстраивайте вопросы по хронологии Сначала выясните должность и функции свидетеля, затем его связь с участниками спора, обстоятельства до ключевого события, само событие и последующие действия сторон. 4. Соблюдайте правило «один вопрос – один факт» Вместо «Правильно ли, что договор подписали задним числом?» лучше спросить – Когда Вы впервые увидели договор? – Кто его передал? – Какая дата была указана? – При каких обстоятельствах документ подписывался? Наводящие вопросы при нотариальном допросе запрещены. 5. Подготовьте развилки Для каждого ключевого вопроса продумайте уточнения на случай, если свидетель подтвердит факт, станет его отрицать или скажет, что ничего не помнит. После ответа «не помню» можно выяснить, что поможет восстановить события – календарь, переписка, документы или разговоры с другими людьми. 6. Проведите стресс-тест Заранее проверьте – в чем свидетель заинтересован; – где показания расходятся с документами; – что он знает лично; – какие неудобные вопросы задаст оппонент. 7. Подготовьте процедуру В заявлении нотариусу указываются сведения о свидетеле, обстоятельства, которые он может подтвердить, перечень вопросов и причины, по которым его последующий вызов в суд будет невозможен или затруднителен. Нотариус предупреждает свидетеля об ответственности за заведомо ложные показания и отказ от их дачи. После допроса протокол нужно внимательно прочитать, внести замечания и уточнения, а затем подписать. Суд оценит соблюдение процедуры, содержание показаний и их связь с другими доказательствами. Поэтому готовность повторно привести свидетеля в суд лучше сохранять. И еще один важный момент. Предупреждение об уголовной ответственности усиливает процессуальную форму документа, однако протокол нотариального допроса не получает заранее установленной силы. Суд оценит причины обращения к нотариусу, соблюдение процедуры, содержание показаний и их связь с другими доказательствами. Поэтому я бы сохраняла готовность привести свидетеля в суд повторно. После нотариального допроса ему проще ориентироваться в хронологии и понимать смысл вопросов. Юристу тоже проще – первая тренировка уже состоялась, слабые места найдены, а показания зафиксированы. 🗣 Юлия Михальчук

  8. Нотариус как дополнительная броня для судебного процесса Мы часто обсуждаем с коллегами проекты, делимся профессиональными лайфхаками и своими секретиками успешных побед. И каждый раз видно, насколько сильно отличаются подходы к ведению судебных дел. Одни юристы спокойно живут в неопределенности, быстро ориентируются по ситуации и принимают решения в зависимости от того, как развивается процесс. Другим, тревожникам, хочется заранее просчитать риски, подложить соломку и подготовиться к нескольким возможным сценариям. Я отношусь ко второму типу. Мне нравится идти в суд с многоуровневой стратегией и четким пониманием, что, когда и при каких обстоятельствах мы будем делать. Еще лучше, когда часть доказательств уже заготовлена и ждет своего часа, чтобы в нужный момент появиться из рукава. И здесь очень много полезного можно получить с помощью нотариуса. Представим, что письменные документы отражают только отдельные фрагменты работы компании или договоренностей между контрагентами. Общую картину могут восстановить свидетели. С ними всегда есть риски. Суд вправе отказать в их вызове. На допрос могут выделить мало времени. У сторон может не оказаться возможности подробно задать все вопросы. Сам свидетель способен растеряться в зале суда и забыть половину обстоятельств, ради которых его приглашали. 👀 Поэтому мне импонирует идея заранее обратиться к нотариусу и зафиксировать свидетельские показания в порядке обеспечения доказательств. Нотариус проводит допрос, фиксирует ответы в протоколе и предупреждает свидетеля об ответственности за заведомо ложные показания и за отказ или уклонение от дачи показаний. При адвокатском опросе такого процессуального элемента нет. 🔎 Похожая логика работает с экспертизой. Юрист может самостоятельно заказать исследование и представить заключение специалиста. Процессуальный оппонент почти наверняка обратит внимание суда на то, что специалист был выбран одной стороной и не предупреждался об ответственности за заведомо ложное заключение. При назначении экспертизы нотариусом эксперт получает соответствующее предупреждение. Это заранее снимает один из очевидных доводов против доказательства и повышает его убедительность для суда. Конечно, нотариальный протокол или назначенная нотариусом экспертиза не получают заранее установленной силы. Суд будет оценивать их вместе с остальными материалами дела. Однако процессуальная форма делает такую доказательственную позицию значительно прочнее. При этом нотариус обеспечивает доказательства при наличии оснований полагать, что позднее представить их будет невозможно или затруднительно. Поэтому тут необходимо заранее объяснить риск утраты доказательства, правильно определить обстоятельства для фиксации, подготовить вопросы и продумать состав заинтересованных лиц, которых следует известить о нотариальном действии. Такой порядок предусмотрен статьями 102 и 103 Основ законодательства РФ о нотариате. Для меня это похоже на покупку дополнительной брони в компьютерной игре. За разумные деньги мы заранее усиливаем доказательственную позицию и сокращаем количество уязвимых мест, по которым процессуальный оппонент сможет нанести удар. Судебный процесс все равно сохранит элемент неопределенности. Но встречать эту неопределенность гораздо спокойнее, когда защита собрана заранее и у тебя есть пул сильных доказательств. 🗣 Юлия Михальчук

  9. Тренировки Давно не подводила свои статистические итоги для наблюдения динамики по самочувствие через физупражения. Убрала фокус в надежде, что встала на стабильные рельсы, ведь вроде через день хожу позаниматься, а значит всё должно быть ок. И пришлось столкнуться с реальностью — откат. Просадка по дисциплине — в зал ходила не ранним утром, а случайно и на самые легкие занятия. Дифициты в анализах. Поломанный режим сна. Возможно немножко драматизирую, но точно надо срочно брать себя в руки. Начала как всегда с точки 0 — с анализов и закупки витаминов. Иначе как встречать волну осенней деловой активности? Июль = 13 💪 Силовая = 2 🚴 Кардио = 8 🧘‍♀️ Растяжки = 3 Август = 18 🚴 =1 🧘‍♀️ Растяжки = 13 💪 Силовая = 4 Накопленный итог за 8 месяцев = 140 тренировок. Цель опять нарастить силовые и кардио. Начиталась про влияние бега на рост сердце и продолжительность жизни. Стоит постепенно наращивать такую активность в своей жизни. 🗣 Юлия Михальчук

  10. edited

    Рассказываем, чем запомнился август в Клубе корпоративных споров. В этом месяце мы обсудили: 📌 «Публичные выступления юриста — как превратить сцену в профессиональный инструмент» с Ольгой Суботой — разобрали, как определить цель выступления и выбрать подходящую площадку, выстроить понятное профессиональное позиционирование, адаптировать материал под аудиторию, подготовить презентацию и речь, работать с паузами, жестикуляцией и таймингом. Отдельно обсудили ошибки, которые снижают качество доклада, стратегию нетворкинга после выступления и роль модератора в подготовке сильной профессиональной панели. 📌 «Наследственные споры в банкротстве» с Полиной Павловой — обсудили оспаривание отказа от наследства и его непринятия, применение п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, значение мотивов должника, состава наследственной массы, семейных обстоятельств и ликвидности имущества. Разобрали обязанности финансового управляющего, спорные подходы к исчислению сроков и банкротство наследственной массы как механизм отделения активов и долгов наследодателя от личного имущества наследников. Отдельно рассмотрели ориентиры Обзора ВС РФ от 18 июня 2025 года и инструменты наследственного планирования для собственников бизнеса. 📌 «Споры о дроблении бизнеса в 2026 году: судебная практика и стратегия защиты» с Намру Бакаевым — разобрали, как ФНС выявляет признаки дробления еще до выездной проверки и какие критерии суды используют при оценке фактической самостоятельности компаний. Обсудили значение общих сотрудников, инфраструктуры, IP-адресов, финансовых потоков и внутригрупповых расчетов, способы подтверждения деловой цели и экономической логики структуры, состав «защитного файла» бизнеса и построение доказательственной позиции при налоговой проверке и в суде. 📌 «Оспаривание брачных договоров в банкротстве» с Екатериной Аличеевой — обсудили практику применения пунктов 41–42 Обзора ВС РФ от 18 июня 2025 года, критерии причинения вреда кредиторам, равноценность раздела имущества и значение его экономических последствий. Разобрали, почему неравный раздел сам по себе не означает недействительность договора, как суды оценивают источник средств второго супруга, когда кредитор может ссылаться на прежний режим имущества без оспаривания брачного договора и почему ссылки на статьи 10 и 168 ГК РФ требуют самостоятельного состава нарушения. Отдельный блок посвятили хронологии и доказательствам, которые стоит формировать уже при заключении брачного договора. Что вы получаете при вступлении в Клуб: 📚 Полный архив записей дискуссий за 2025 и 2026 год — встречи по корпоративному праву, банкротству, субсидиарной ответственности, налоговым спорам, наследственному планированию и структурированию личных активов. ⏱️ Каждая дискуссия — это 2 часа глубокого погружения в тему с возможностью задать вопросы экспертам. 📜 Сертификаты о прохождении дискуссий. Присоединяйтесь к Клубу корпоративных споров — развивайте экспертизу вместе с практикующими специалистами и сохраняйте доступ ко всей библиотеке прошедших встреч. 👉🏼 Вступить в клуб На сентябрь у нас уже супер планы, скоро расскажу о них. 🗣 Юлия Михальчук

  11. «Общество усталости» Бён-Чхоль Хана #книга 34 из 52, одна из самых сложных, но важных Почему современный человек, став формально гораздо свободнее, одновременно оказался более уставшим, тревожным, перегруженным и склонным эксплуатировать самого себя? Власть просто изменила форму. Она всё меньше через другого говорит человеку «ты должен» и всё чаще говорит изнутри него самого «ты можешь». Ты можешь больше работать, больше зарабатывать, строить карьеру, учиться, развиваться, становиться лучшей версией себя. Постепенно это «ты можешь» превращается во внутреннее «ты должен суметь». И внешний надзиратель уже практически не нужен. Человек сам ставит себе планку, сам требует от себя результата, сам оценивает себя и сам же считает себя виноватым, если не справился. Отсюда одна из центральных идей книги – самоэксплуатация. Господин и раб теперь находятся внутри одного человека. И это, пожалуй, гораздо более эффективная конструкция, чем обычное внешнее принуждение. С приказом начальника ещё можно спорить. Намного сложнее спорить с собственным ощущением, что ты сам хочешь сделать ещё больше. При этом автор пишет, что современного человека разрушает уже не столько запрет или внешний враг, сколько избыток. Слишком много информации, общения, задач, целей, возможностей, проектов, способов развивать и улучшать себя. У этого процесса практически нет естественной точки «достаточно». Всегда можно ещё немного лучше, быстрее и эффективнее. Эксцесс повышения производительности ведёт к инфаркту души. Человека разрушает не внешний враг, его разрушает слишком интенсивная работа самого себя над самим собой. Свобода – это не только «я могу сделать». Это ещё и «я могу не делать». Если любую возможность я автоматически воспринимаю как то, что должна реализовать, возможность довольно быстро превращается в обязанность. Поэтому автор отдельно возвращает ценность паузе, скуке, промедлению и времени, которое вообще ничему не должно служить. Мы даже отдых легко превращаем в продолжение производственной логики. Спим, чтобы лучше работать. Медитируем, чтобы лучше концентрироваться. Едем отдыхать, чтобы восстановиться и снова выдерживать прежний темп. Получается, что даже восстановление становится техническим обслуживанием собственной производительности. И, наверное, главный вопрос, который у меня остался после этой книги, звучит так: «Насколько я действительно свободна, если человек, который постоянно требует от меня большего, – это я сама?» Книга написана сложным языком, изобилует проф.терминами. Я не поленилась записывать себе новые слова и искать дефиниции, чтобы понять автора. И таким образом мой вокабуляр обзавелся 100+ новых слов. 🗣 Юлия Михальчук

  12. Негативная обратная связь от наших доверителей Время от времени я прошу наших доверителей дать обратную связь о работе команды. Особенно ценю ответы о том, что было неудобно, непонятно, медленно или просто раздражало. Комплименты поддерживают. Негативная обратная связь помогает исправлять наши косяки. В последних ответах регулярно повторяются два комментария. Чаще всего нас хвалят за то, что мы не оставляем доверителя один на один с юридическим «диагнозом» — мол, вот есть риск, живите теперь с этим ценным знанием. Когда-то давно меня та научили, а теперь я про это часто напоминаю коллегам по команде «критикуешь — предлагай». Если видим риск, сразу предлагаем варианты решения. Обнаружил проблему, принеси идею, как с ней справиться. Можно безупречно объяснить, почему сделка опасна, решение незаконно, а судебная позиция не слишком убедительна. Но если после такой консультации перед человеком остается только тупик, ценность работы невелика. Каждый риск полностью устранить невозможно. Порой идеального решения просто нет и приходится придумывать «юридический костыль». Но хороший костыль помогает пройти опасный путь, сохранить актив, выиграть время или уменьшить возможные потери. Это уже вполне достойный результат. Самый частый негативный комментарий – мы долго выполняем некоторые задачи. Эту обратную связь принимаю и признаю. Работа с юридическими рисками плохо переносит спешку. Быстрый ответ зачастую это неглубокое погружение в задачу, что ведет к непродуманными последствиями и новыми проблемами. Однако сложность работы не должна становиться вечным оправданием долгих сроков. Мы точно не хотим гнаться за сроками в ущерб качеству. При этом срок сам является частью качества. Решение, которое пришло слишком поздно, может утратить значительную часть своей ценности. Поэтому наша следующая точка роста – сохранить глубину анализа и сделать путь к результату быстрее и предсказуемее. Лучше планировать загрузку, честнее называть сроки, разбивать большие задачи на этапы и раньше показывать промежуточный результат. В голове крутится мысль, что хорошая юридическая работа заканчивается победой; отличная работа включает удовлетворенность доверителя по пути к результату. 🗣 Юлия Михальчук

  13. edited

    Нейрональное насилие Этот (новый для меня, а может и для вас тоже) термин описывает одну из особенностей современной жизни – значительную часть давления человек способен создавать себе сам. Внутри головы формируется представление, каким ты должен быть, сколько должен успевать, сколько зарабатывать, как выглядеть, сколько читать, чему учиться, куда расти и с какой скоростью. При этом эти нормативы часто вообще никто не устанавливал. Ты сам придумал себе цель. Сам определил метрики. Сам решил, что текущий результат недостаточный. Сам назначил следующую планку. И сам начинаешь себя стегать за то, что двигаешься к ней недостаточно быстро. Можно больше работать. Можно быстрее расти. Можно лучше выглядеть. Можно больше читать. Можно построить ещё один проект. Можно освоить ещё один навык. Можно быть эффективнее. Так количество возможностей постепенно превращается во внутреннюю систему требований к себе. появляются метрики, критерии, цели, идеалы, за которыми ты начинаешь бежать. Причем решаешь без осмысления «а зачем?» Почему мне необходимо сделать именно столько? Откуда взялась эта цифра? Кто решил, что к определённому возрасту у меня должно быть именно это? Почему сегодняшний результат я считаю недостаточным? Что конкретно изменится, когда я добегу до следующей отметки? Во многих случаях источник требования найти невозможно. Метрика просто возникла внутри собственной системы координат и со временем стала восприниматься почти как объективная реальность. В этом и есть сила термина «нейрональное насилие». Человек сам придумывает себе дистанцию, сам назначает время, за которое обязан её пробежать, а потом сам же наказывает себя за недостаточную скорость. Мне здесь интересен именно вопрос происхождения собственных требований к себе. Какие цели действительно имеют для меня смысл? Почему именно эти показатели я считаю важными? Что произойдёт, если я их не достигну? И кто вообще установил, что я должен всё время двигаться быстрее? Выстраивается какая-то внутри тебя система «цели к кнута», но в чем пряник непонятно. И будет ли вообще этот пряник тоже непонятно. Очень многие внутренние кнуты существуют исключительно потому, что однажды мы сами решили считать их обязательными, но в чем первопричина такого решения тоже непонятно. Очень точный образ здесь даёт миф о Прометее. Зевс приковал его к скале, а орёл каждый день выклёвывал ему печень. За ночь она восстанавливалась, поэтому наказание могло продолжаться бесконечно. И в этом особенно сильная деталь – способность организма восстанавливаться становится механизмом, который позволяет снова и снова причинять ему страдание. В логике нейронального насилия современный человек устроен похожим образом. Он действует, истощает себя, немного восстанавливается и снова запускает тот же цикл. Причём орёл уже находится внутри него самого. Человек сам создаёт следующую цель, сам поднимает планку и сам использует собственную способность восстанавливаться как ресурс для очередного витка нагрузки. В общем интересный термин и мысль, которыми захотелось тут поделиться. 🗣 Юлия Михальчук

  14. Брачный договор в банкротстве: что сегодня проверяют суды В Клубе корпоративных споров провели дискуссию об оспаривании брачных договоров в банкротстве вместе с адвокатом Екатериной Аличеевой. Один из главных ориентиров для таких споров – пункты 41–42 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан от 18 июня 2025 года. Практика 2025–2026 годов показывает: судьбу брачного договора во многом определяют его экономические последствия. Что обсуждали и какие выводы забираем в работу. 1. В центре спора – ущерб кредиторам Суды исследуют состав имущества до и после заключения договора, равноценность раздела и влияние сделки на конкурсную массу. Признаки неплатежеспособности должника и заинтересованность супругов сами по себе не дают полного состава для оспаривания. Требуется установить причинение имущественного вреда кредиторам. 2. Неравный раздел допустим Соотношение 50/50 не является обязательным для каждого брачного договора. Суд может учитывать семейные обстоятельства: проживание ребенка с одним из родителей, расходы на его содержание и лечение, длительное раздельное проживание супругов. Поэтому оценивается вся экономика раздела и причины выбранной модели. 3. Источник денег второго супруга имеет принципиальное значение Если после заключения брачного договора активы приобретаются на имя второго супруга, суды выясняют, за счет каких средств они оплачены. Собственные доходы, кредиты и самостоятельная предпринимательская деятельность могут подтвердить личный характер имущества. Поэтому документы об источниках средств лучше сохранять с момента приобретения активов. 4. Кредитору не всегда нужно оспаривать брачный договор Пункт 41 Обзора ВС РФ позволяет кредитору, чье общее обязательство возникло до заключения брачного договора, ссылаться на прежний режим имущества супругов. Брачный договор сохраняется, однако его условия не применяются в отношениях с таким кредитором. В ряде споров этот способ защиты может оказаться эффективнее оспаривания договора. 5. Общегражданские основания требуют самостоятельного состава При пропуске трехлетнего периода по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве кредиторы нередко обращаются к статьям 10 и 168 ГК РФ. Суды проверяют, имеется ли самостоятельное нарушение, выходящее за пределы состава подозрительной сделки. Один только пропуск банкротного срока такую конструкцию не обосновывает. 6. Для собственников бизнеса особенно важна хронология При последующем взыскании убытков или привлечении к субсидиарной ответственности суд смотрит, что происходило на дату заключения брачного договора: какие действия уже совершались, существовали ли финансовые проблемы и могла ли сторона предвидеть будущие требования. По итогам дискуссии сформулировали рабочий подход к подготовке брачного договора: проверять долги, поручительства, судебные процессы и состояние бизнеса супругов; оценивать активы; документировать компенсации и источники последующих приобретений; заранее фиксировать экономическую и семейную логику раздела. Именно эта доказательственная база спустя несколько лет может определить, устоит ли брачный договор в банкротстве. 👉🏼 Смотреть запись

  15. edited

    Чёрная папка директора — мы начали внедрение! Недавно я рассказывала, что в журнале «Акционерное общество» вышла моя статья с кодовым названием «Чёрная папка». Эту метафору я использую много лет. Я рекомендую директорам создавать личный рабочий архив и складывать туда документы, записи и комментарии по существенным бизнес-решениям. Ценность такой папки становится очевидной спустя несколько лет, когда директору приходится объяснять свои действия в суде. К этому моменту логика решения уже стерлась из памяти, часть сотрудников уволилась, переписка осталась в старой почте, а нужные документы разошлись по компьютерам, мессенджерам и облачным хранилищам. В итоге директор помнит, что для решения были веские причины, однако подтвердить их уже нечем. На этой неделе один из наших доверителей посетовал, что его жизнь слишком сильно ускорилась. Решений становится больше, контексты огромные, держать всё в голове уже невозможно. Он вспомнил мою идею про чёрную папку и предложил вместе продумать, как организовать такое пространство. Кто должен его вести, какие документы сохранять, какие комментарии оставлять и как сделать архив удобным для дальнейшей работы. В этот момент моё лицо расплылось в улыбке. Наконец-то!!! Несколько лет я постепенно транслирую эту идею на конференциях, в блоге и на личных встречах. И вот она дошла до стадии конкретной рабочей задачи. На этой неделе мы начали собирать систему. Обычного ярлыка «Чёрная папка» на компьютере недостаточно. Документы нужно регулярно добавлять, связывать с конкретными решениями и сопровождать короткими пояснениями. Какой вопрос обсуждался, какие варианты рассматривались, на каких данных основывались участники и почему выбрали именно это решение. Промежуточно остановились на Notion с подключением облачных хранилищ. Сейчас продумываем автоматизацию, чтобы документы сохранялись с минимальным количеством ручных действий. Система, которая требует слишком много дисциплины и времени, довольно быстро превращается в цифровой чулан. Ещё одна идея – еженедельное автоматическое письмо себе со списком принятых решений, выполненных задач и добавленных документов в нашу систему. Вместе с ним будет приходить предложение оставить короткую «дневниковую» запись и зафиксировать логику ключевых решений за неделю. Пока система выглядит сырой. Нам ещё предстоит упростить цепочку действий и понять, как поддерживать такой архив годами. Но мне очень нравится, что чёрная папка наконец вышла из статьи и начала превращаться в рабочий инструмент. 🗣 Юлия Михальчук

  16. edited

    Уважения достоин каждый, внимания — нет. Лучшее, что забрала сегодня себе из услышанных мыслей. 🗣 Юлия Михальчук

  17. edited

    Продолжаю пост про кейс Бриша Вред кредиторам зависит и от правового режима самой доли. По материалам дела с 2014 по 2024 год другой недвижимости у Бриша не было. Если спорная квартира являлась его единственным пригодным для проживания жильем, доля была защищена исполнительским иммунитетом и кредиторы изначально не могли рассчитывать на ее реализацию. В такой ситуации выбытие доли не уменьшает объем имущества, доступного для погашения долгов. Для окончательного ответа суду необходимо установить, проживал ли Бриш в квартире и существовали ли основания для ограничения иммунитета с учетом площади и стоимости жилья. Нижестоящие суды этих обстоятельств полноценно не исследовали. Признание сделки недействительной и восстановление права должника на имущество сами по себе не прекращают исполнительский иммунитет. Законодательство не предусматривает правила, по которому возвращенное в результате реституции единственное жилье автоматически становится доступным для взыскания. Верховный суд ранее прямо указывал, что сделка по отчуждению жилья не подлежит оспариванию, если возвращенный объект все равно будет защищен иммунитетом (см. п. 4 https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_314621/). Поэтому сначала необходимо определить дальнейшую юридическую судьбу возвращаемого актива и только после этого оценивать наличие вреда кредиторам. Сам факт дарения также не свидетельствует об определенном и осознанном отказе Бриша от исполнительского иммунитета в пользу кредиторов. Квартиру через три года продала его мать, а Бриш стороной этой сделки не являлся. Для возложения на него последствий последующей продажи необходимо доказать, что дарение и продажа составляли заранее согласованную цепочку действий. Значительный временной разрыв между сделками и регистрация Бриша вместе с матерью в другой квартире после продажи требуют отдельной оценки. При отсутствии доказательств общей схемы действия матери нельзя автоматически считать выражением воли сына отказаться от жилищной гарантии. В этом деле видится большое количество пробелов и несостыковок, а также просматривается выход судов за процессуальные правила в виде переквалификации дела из банкротных оснований в гражданско-правовые без приведения обоснвоания причин для этого. Судам надо установить наличие исключительного порока сделки, момент возникновения защищаемых требований кредиторов, предсказуемость личной ответственности Бриша, фактическое использование квартиры для проживания и наличие выраженной воли на отказ от исполнительского иммунитета. 🗣 Юлия Михальчук

  18. edited

    ВС РФ рассмотрит кейс об оспаривании дарения единственного жилья в банкротстве Экономколлегия Верховного суда рассмотрит спор о дарении 1/2 доли квартиры, совершенном почти за шесть лет до возбуждения дела о личном банкротстве дарителя. Коммерсант подготовил аналитический материал https://www.kommersant.ru/doc/8908064 и спросил юристов, как они оценивают исход дела. Делюсь с вами моими мыслями и рассуждениями. В этом деле очень важна хронология событий и исчисление определенных сроков. Договор дарения 1/2 доли квартиры заключен 22 июня 2018 года, переход права зарегистрирован 5 сентября 2018 года. К субсидиарной ответственности Бриш привлечен 28 мая 2021 года. Производство по делу о его личном банкротстве возбуждено 29 июля 2024 года, банкротом он признан 17 марта 2025 года. Заявление об оспаривании дарения финансовый управляющий подал 8 июля 2025 года. Таким образом, между совершением сделки и возбуждением дела о банкротстве прошло почти шесть лет. Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве позволяет оспаривать сделки, совершенные в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом. Спорное дарение находится за пределами этого периода. Для преодоления данного ограничения финансовый управляющий сослался на статьи 10, 168 и 170 ГК РФ. Подобная квалификация допустима при доказанности пороков, которые явно выходят за пределы состава обычной подозрительной сделки. Иначе установленный законом трехлетний период утрачивает практический смысл, поскольку любую совершенную ранее сделку можно было бы оспорить через ссылку на злоупотребление правом. В данном случае управляющий ссылался на безвозмездность дарения, родство сторон, наличие у подконтрольной Бришу компании признаков неплатежеспособности и предполагаемую цель вывода имущества. Эти обстоятельства полностью охватываются гипотезой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Какого-либо дополнительного и исключительного порока управляющий, судя по судебным актам, не обозначил. За пределами трехлетнего периода он уже не может пользоваться специальными банкротными презумпциями осведомленности заинтересованного лица и цели причинения вреда. На нем лежит обязанность доказать злоупотребление со стороны обоих участников сделки, их общую противоправную цель и реальный вред кредиторам. Нижестоящие суды фактически восстановили действие банкротных презумпций за пределами установленного законом периода. Отдельный вопрос связан с будущей субсидиарной ответственностью Бриша. Отсутствие судебного акта о привлечении к ответственности на дату дарения само по себе не является решающим, поскольку обязательство контролирующего лица может связываться с моментом причинения вреда кредиторам, а судебный акт подтверждает уже возникшую ответственность. При этом судам следовало установить, какие конкретные противоправные действия Бриш совершил к июню 2018 года и позволяли ли они ему предвидеть возникновение личного долга. Верховный суд специально отметил, что основанием привлечения Бриша к субсидиарной ответственности стала непередача документации общества конкурсному управляющему, это противоправное действие совершается уже в ходе банкротства и препятствует конкурсному управляющему найти активы, но оно не свидетельствует о том, что ответчик совершил какие-то действия, которые стали именно причиной банкротства компании. Одна лишь неплатежеспособность возглавляемой компании еще не свидетельствует о неизбежной личной ответственности ее директора, ведь она могла возникнуть и не по его вине, а из-за внешних факторов. Общий размер требований к Бришу, превышающий 100 млн руб., также не доказывает направленность сделки 2018 года на причинение вреда. Необходимо исследовать время и основания возникновения каждого личного обязательства должника. Продолжение ниже 👇👇👇👇👇 🗣 Юлия Михальчук

  19. Когда брачный договор не защищает имущество от кредиторов? Устраиваем краш-тест формулировкам и изучаем судебную практику В пятницу проводим новую дискуссию на стыке банкротства и семейного права — поговорим об оспаривании брачников, если один из супругов стал банкротом. О чем поговорим? Когда и какие основания использовать? Семейно-правовые основания охватывают крайне неблагоприятное положение супруга, нарушение запретов ст. 42 Семейного кодекса, пороки воли, формы или содержания сделки. В банкротстве суд проверяет вред кредиторам, неравноценность раздела, вывод ликвидных активов и осведомленность второго супруга. Обсудим применение ст. 44 Семейного кодекса, ст. 10 и 168 Гражданского кодекса, п. 1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Когда применять п. 41 и п. 42 Обзора? Пункт 41 позволяет кредитору ссылаться на непротивопоставимость брачного договора, если обязательство возникло раньше изменения режима имущества. Отдельно обсудим ситуацию, когда в оспаривании договора уже отказано из-за срока давности. Пункт 42 применяется для признания условий договора недействительными вследствие вреда кредиторам. Здесь значение имеют неравноценность раздела, уменьшение конкурсной массы, цель вывода активов и осведомленность супруга. Как установить момент возникновения и характер обязательства? Судебный акт, просрочка и банкротство могут появиться значительно позже самого обязательства. Разберем, какую дату учитывать, когда долг одного супруга становится общим, как доказать использование денег в интересах семьи и почему поручительство по долгам бизнеса может остаться личным обязательством. Что именно оспаривать? Весь брачный договор, отдельное условие, последующую продажу или дарение имущества, регистрацию права либо последствия раздела? От выбора объекта зависит результат – восстановление законного режима, возврат актива, взыскание его стоимости или включение доли в конкурсную массу. Как доказать равноценность раздела? Обсудим, как сопоставить стоимость имущества супругов, учесть ипотеку, компенсацию, принятие долгов и встречные активы. Покажем, как составить баланс до и после договора и определить, действительно ли конкурсная масса стала меньше. Какие доказательства собрать? Доходы второго супруга, банковские выписки, кредитные договоры, наследство, подаренные средства, оценка имущества и документы о расчетах могут подтвердить реальность раздела. Осведомленность о долгах суды проверяют через претензии, судебные процессы, исполнительные производства, налоговую задолженность, переписку и дальнейшее движение активов. Какие формулировки использовать? Покажем, как формулировать ссылку на непротивопоставимость договора, требования о недействительности и возражения второго супруга. Обсудим положения брачного договора об источниках приобретения имущества, компенсации, причинах изменения режима и экономике раздела. Спикер Екатерина Аличеева – адвокат, медиатор, член Банкротного клуба, эксперт федеральных СМИ. Специализируется на банкротстве, налоговых и семейных спорах. 📅 28 августа, 10:00 (МСК) 📍 Zoom 🖊Регистрация Свои вопросы можете задать в форме обратной связи, обсудим их во время дискуссии. Ждем каждого! 🗣 Юлия Михальчук

  20. edited

    Как готовить тезисы для выступления в кассации? Мы часто готовим подробные кассационные жалобы и отзывы. В них раскрываем правовую позицию, приводим практику, цитируем материалы дела и показываем связь между доказательствами и выводами судов. Судье должно быть удобно работать с документом без постоянного поиска информации по многочисленным томам. Поэтому жалоба вполне может занимать десятки страниц. Устное выступление решает более узкую задачу. За 3–5 минут нужно показать несколько правовых ошибок, повлиявших на исход дела. В первой инстанции суд устанавливает обстоятельства и исследует доказательства. Апелляция повторно рассматривает дело в пределах своих полномочий и может переоценивать доказательства. Кассация проверяет законность судебных актов, правильность применения норм права и соответствие правовых выводов установленным обстоятельствам. Поэтому подготовку каждого тезиса я начинаю с вопроса: «Какую конкретную норму материального или процессуального права суд применил неправильно, в чем состоит ошибка с учетом уже установленных обстоятельств и к какому процессуальному результату она привела?» Если ответ невозможно сформулировать в одном или двух предложениях, довод пока недостаточно сконцентрирован. Его нужно освободить от лишней хронологии, подробного пересказа доказательств и общей критики судебного акта. Один смысловой блок удобно собирать из 4 элементов. Сначала указывается конкретная норма, которую суд неправильно применил, истолковал либо оставил без применения. Затем раскрывается содержание ошибки. После этого приводятся уже установленные обстоятельства, подтверждающие неправильность правового вывода. В завершение объясняется, как нарушение повлияло на исход дела и какое полномочие должен реализовать кассационный суд. Например, фразу «суд неправильно оценил переписку и ошибочно признал ответчика недобросовестным» следует переработать следующим образом: «Суд неправильно применил статью 10 ГК РФ, поскольку признал поведение ответчика злоупотреблением правом без установления обязательных признаков такого злоупотребления. Из установленных судами обстоятельств следует, что ответчик совершал предусмотренные договором действия. Вывод о недобросовестности этим обстоятельствам не соответствует, что повлияло на исход спора». Так суд получает конкретный вопрос о правильности применения статьи 10 ГК РФ, который входит в компетенцию кассационной инстанции. Полезен еще один контрольный вопрос: «Сохранится ли мой довод, если исключить из него просьбу заново оценить доказательства и установить другие обстоятельства?» Если довод после этого исчезает, его нужно переработать. Правовая ошибка может состоять в неправильном распределении бремени доказывания, неприменении обязательного критерия, неверном понимании преюдиции, отсутствии оценки существенного аргумента или противоречии между установленными обстоятельствами и правовым выводом. В жалобе может быть 15 доводов. Для выступления на 3–5 минут следует выбрать 3 самых сильных. Отобрать их помогает вопрос «Если суд согласится только с этим доводом, будет ли этого достаточно для отмены судебного акта?» Аргументы, способные самостоятельно привести к отмене, должны звучать первыми. Каждый основной довод желательно уместить в 1 минуту. Я обычно готовлю обязательную версию выступления на 3 минуты, расширенную версию на 7 минут и дополнительные блоки на случай вопросов суда. Последние 20–30 секунд нужно оставить для процессуальной просьбы, соответствующей полномочиям кассационного суда и просительной части жалобы. Перед заседанием каждый тезис стоит проверить по 4 вопросам. Какая норма применена неправильно? В чем состоит правовая ошибка? Какими установленными обстоятельствами она подтверждается? Какое решение должен принять кассационный суд? Все, что не помогает ответить на эти вопросы, можно оставить в тексте жалобы. Кассационные минуты слишком дороги для пересказа материалов дела. 🗣 Юлия Михальчук

  21. Older posts