Новости Ближнего Востока и других

На этом неоднозначном фоне Резаи обратился в офис секретаря с широким пониманием своих обязанностей. В публичном благодарственном письме после своего назначения он изложил национальную программу, связывающую экономическое благосостояние с военной мощью. Такая формулировка соответствует приоритетам режима, но её широта предполагает амбиции, выходящие за рамки координации политики, которая является основной задачей секретаря. Трудно установить в условиях военной цензуры, приведут ли эти амбиции к бюрократическому вмешательству Институциональная структура имеет значение. Нынешняя система коллективного управления опирается на более раннюю практику коллективного управления Ираном со стороны высокопоставленных чиновников под руководством отсутствующего или недоступного верховного лидера. Заявления, сделанные от имени Моджтабы Хаменеи, могут легитимизировать их решения, не показывая, насколько активно он участвует в их принятии, если вообще участвует. Таким образом, назначение Резаи представителем верховного лидера повышает его статус, но он остается подчиненным коллективному руководству. Высший совет национальной безопасности призван предоставлять коллективному руководству политические предложения и обеспечивать выполнение принятых им решений. В идеале, секретарь Совета национальной безопасности Ирана должен синтезировать конкурирующие бюрократические предложения и координировать реализацию утвержденных политических решений. Однако, как описывает бывший министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф период пребывания адмирала Али Шамхани на посту секретаря, в секретариате формируются собственные предпочтения, и он сотрудничает с представителями военных в ущерб Министерству иностранных дел. При Резаи Совет национальной безопасности Ирана может либо оказывать конструктивное воздействие, либо парализовать принятие стратегических решений. Высокий статус Резаи помогает согласовывать конкурирующие оценки и противоречивые предпочтения иранской правительственной бюрократии внутри Совета национальной безопасности Ирана. Он также мог обеспечить принятие компромиссов со стороны старой гвардии и предоставить политическое прикрытие решениям, которые менее авторитетные чиновники не решались бы защищать. Но эти преимущества зависят от того, насколько добросовестно Резаи будет доносить политические предложения бюрократии до коллективного руководства, не навязывая свои собственные идеи Совету национальной безопасности Ирана. Они также требуют от него признания авторитета коллективного руководства и соблюдения его политических решений, даже когда оно отвергает его советы. Опасность возникает, если он будет рассматривать свой стаж как претензию на личное превосходство. Воинское звание не определяет авторитет среди глав правительственных ветвей власти, и Калибаф вряд ли будет считать бывшего командующего КСИР своим политическим начальником.