Местами

@mestamedia · news · Russian · active

Subscribers 3.1K Subscribers, last 30 days: 3.1K → 3.1K −10 24h
Reach per post (ERR) 12.4%388 avg views
Posting 5.2/day last 9 hours ago
Reactions per 1K views 14.0 🔥 🤣 👍
edited

Вчера исполнилось бы 85 лет Сергею Довлатову. Вот #четыретекста, которые помогут нам лучше понять значение этого писателя для нас всех и нашей культуры. James Wood — Sergei Dovlatov and the Hearsay of Memory, The New Yorker Лучший англоязычный вход в Довлатова как в большого писателя, а не просто эсмешного советского эмигранта". Вуд пишет о " Заповеднике", "Зоне", "Чемодане", эмиграции, свободе и памяти — и хорошо объясняет, почему у Довлатова вещи сами по себе почти ничего не значат, а важны истории, которые они тащат за собой. Текст вышел как послесловие к английскому изданию Pushkin Hills. Masha Gessen — The Songs of Sergei Dovlatov, The New York Review of Books Большой эссеистический текст Гессен о том, как Довлатов изменил границы русской литературы, хотя его стиль выглядит лёгким, коротким и почти разговорным. В тексте есть и биография: невозможность нормально печататься в СССР, первая книга за границей, Нью-Йорк, "Новый американец", переводы, публикации в The New Yorker. "Заповедник", Полка, с комментариями Полины Рыжовой Это русскоязычный разбор одной из ключевых довлатовских книг. Хорош тем, что не просто пересказывает сюжет, а показывает связи Довлатова с американской прозой, русским фельетоном, ОБЭРИУ, ленинградским андеграундом и пушкинским мифом. Там же подробно разобрано, почему «Заповедник» устроен не как бытовая повесть про экскурсовода, а как текст о писателе, который пытается понять, что ему делать со словом, жизнью и собственной несостоятельностью. Это удобный текст, если хочется перечитать самого Довлатова осмысленнее. Особенно полезен перед " Заповедником": после него видишь не только смешные сцены, но и всю пушкинскую конструкцию внутри. Marat Grinberg — Invisible Man: Has the Soviet Philip Roth Found Peace in a Cemetery in Queens?, Tablet Очень интересный англоязычный текст о Довлатове как русско-еврейско-американском писателе. Гринберг пишет о "Невидимой книге" , "Зоне" , "Заповеднике" , "Новом американце" , еврейской эмиграции, моральной неоднозначности и довлатовской одержимости собой — с параллелями к Филипу Роту. Этот текст полезен именно нестандартным углом. В России Довлатова часто читают как "нашего ленинградско-эмигрантского автора" , а здесь он помещён в американский и еврейский контекст. Получается другой Довлатов: не только советский человек на выходе, но и писатель, который в Америке так и не стал до конца "американским" , хотя именно там получил признание.

Views over time

01002003004004 Sep 06:5712 Nov 03:093494 Sep 06:57: 0 views12 Nov 03:09: 349 views
Snapshots we took after posting.
WhenViews
4 Sep 2026, 06:570
12 Nov 2026, 03:09349

Who shared this post

Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)

Nobody yet.