Sports.ru выпустил нетипичное для себя расследования о долгах РЖД — которые сказываются на спортивных командах, которые госмонополия спонсирует. "Локомотив" больше ста лет связан с железными дорогами. Его предшественница "Казанка" появилась в 1922 году как команда рабочих депо Московско-Казанской железной дороги. Потом клуб был при Министерстве путей сообщения, а после создания РЖД в 2003 году фактически перешёл под крыло новой госкомпании вместе с вокзалами, больницами, рельсами и прочим большим хозяйством. В разные годы РЖД и связанные с ней структуры обеспечивали от 60 до 90 процентов бюджета клуба. В 2024 году компания внесла 5,5 миллиарда рублей, а вместе с дочерними структурами, по расчётам Sports.ru, дала около 80 процентов доходов "Локомотива". При этом РЖД — не только главный источник жизни для футбольного клуба. Вокруг компании существует ещё и мощный политический контур. По данным проекта "Золото партий" , в 2024 году компании, связанные с РЖД — подрядчики, поставщики и партнёры монополии, — пожертвовали "Единой России" больше 2,5 миллиарда рублей: почти четверть всех доходов партии власти и более 56 процентов всех её пожертвований от юрлиц. Формально сама РЖД как государственная компания не может финансировать партии напрямую, но через сеть связанных компаний железнодорожная система оказывается одним из ключевых донорских источников для "Единой России". Но теперь проблемы начались у самой системы. РЖД остаётся естественной монополией и одной из крупнейших компаний страны, но её долг растёт с пугающей скоростью. В 2023 году он составлял 1,9 триллиона рублей, в 2024-м — уже 2,8 триллиона, в 2025-м — 3,6 триллиона. По оценкам кредитных агентств, к концу 2026 года долг может дойти до 4,2–4,4 триллиона. На бумаге у компании почти триллионная EBITDA, то есть бизнес вроде бы огромный и живой. Но из-за дорогих кредитов почти вся прибыль уходит на обслуживание долга. В 2025 году чистая прибыль РЖД составила всего 2,3 миллиарда рублей — смешная цифра на фоне масштабов компании. Только проценты по долгам могут съедать сотни миллиардов. Отсюда сокращение инвестпрограммы, разговоры о помощи государства, увольнение части центрального аппарата и попытки избавиться от непрофильных активов. Самый яркий символ этой истории — небоскрёб Moscow Towers в Москва-Сити, купленный РЖД за 193 миллиарда рублей в момент, когда долги уже росли. Теперь его пытаются продать, но покупателей не находится. На этом фоне 5,5 миллиарда для "Локомотива" выглядят странно двойственно. Для футбольного клуба это огромные деньги. Для РЖД — около половины процента EBITDA и примерно один процент от расходов на обслуживание кредитов. То есть прямо сейчас "Локомотив", скорее всего, не первый кандидат на сокращение. Особенно если помнить, что клуб — это не только команда РПЛ, но и академия, инфраструктура, социальный и имиджевый актив. Но в этом и есть главный конфликт. «Локомотив» не бедствует, но он живёт в модели, где собственных доходов недостаточно. Клуб получает базовую поддержку, но дополнительных вливаний, которыми раньше можно было закрывать дыры, уже нет. За последние три года убыток "Локо" составил около двух миллиардов рублей. Раньше такой минус просто залили бы деньгами сверху. Сейчас у РЖД другие приоритеты. Поэтому вопрос не в том, исчезнет ли "Локомотив" завтра. Скорее всего, нет. Вопрос в другом: что происходит со спортивным клубом, когда его финансовая устойчивость зависит не от болельщиков, билетов, телеправ и коммерции, а от состояния госмонополии, которая сама всё глубже уходит в долги? "Локомотив» оказывается не исключением, а очень наглядной моделью порочности госкапитализма. Российский футбол часто выглядит как отдельный мир со своими правилами. Но на самом деле он очень точно отражает страну, в которой существует. Пока у большой трубы, рельсов или бюджета есть ресурс, спортивная витрина светится. Когда ресурс начинает дорожать, на витрине появляются трещины.