«Фьорд». Три впечатления. На триумфатора Канн этого года я шел совершенно ничего не зная о Кристиане Мунджиу. Такой поход позволяет смотреть кино чистым и непредвзятым взглядом. Главные роли исполнили Себастиан Стэн и Ренате Реинсве. Они, конечно, уже звезды и со своей ролью они справились блестяще. Их персонажи живут отдельно от актрисы. Художественная часть тут сильнее нарратива. При этом, фильм позиционируется как юридическая драма. Для меня просмотр разделился на три части: эмоциональную, идеологоическую и юридическую. Итак, по сюжету румынская многодетная (5 детей), религиозная семья переезжает в Норвегию. Бдительные педагоги замечают у старшей дочери синяки. Подключается опека и полиция. Отец на допросе сообщает, что он шлепает детей. Трудности перевода отождествляют шлепки и насилие. Опека ставит вопрос об изъятии детей и уголовке. В этой части начинается эмоциональное родительское потрясение. И кажется, что перед нами кафкианский «Процесс», но в комфортном северо-европейском антураже. Казалось бы универсальная история о бездушной и абсурдной бюрократии. Но далее начинается суд, в котором судят не героя, а традиционную семью. В оптике наших широт кажется, что режиссер собрал все клише. Прокурор буквально начинает запрещать и осуждать семью за ее религию, родной язык, требовать сексуальной свободы для детей, считать что бездетный сотрудник опеки с помощью курсов знает, что лучше для детей. При этом, суд идет не в суровом зале суда, а в таком уютном кабинетеке с кожаными креслами в современном бизнес-центре. Т.е никакие не застенки и казематы инквизиции. И вои это все создает ощущение какой-то агитики под видом права. Что-то подобное было в советском пропагандистском кино, но там следовал бунт. А тут какая-то странная покорность. . Один из персонажей- румынский дипломат комментирует поведение норвежцев: у них не было коммунизма. При этом, режиссер работает именно в этой эстетике. И поэтому эта часть смотрится лживо. Если бы это была сатира, то я бы искренне смеялся. Итого, перед нами этакая тоталерантного «Левиафана». Но в конце режиссер решил еще через детский образ пройтись по традиционной семье. Он показывает насколько дети бесправны в этой традиционной семье, где им навязывают мировоззрение, а они должны ее безропотно принимать. Но для родителей эта модель отношений выстраивается в отношениях с государством, которое тоже любит образ семьи. И тут родители в гражданской ипостаси осознают себя бесправными детьми. Вот такой жутковатый набор эмоций и нарративов, создающий ощущение взрослого сумбура, от которого страдают дети.