🎦Кино недели. «Восставший» Пола Гринграсса. Жанр. Великолепная историческая драма о восстании Уотта Тайлера и проповедника Джона Боула (1381 г.), сделанная по всем канонам жанра. Костюмы, пейзажи, декорации, диалоги, атмосфера. В отличие от советского «Степана Разина» тут нет темы классовой борьбы и глорификации бунтовщиков, нет и американского пафоса борьбы за личную свободу в духе «Храброго сердца». Гринграсс предлагает почти документальное свидетельство хода событий без какой-либо прямой пропаганды или суггестивности. Поэтому фильм можно смотреть как аттракцион-путешествие в Средневековье с крепостным правом, сословной монархией, чумой и бесконечной войной. Сюжет Именно эта война провоцирует верховный совет при юном и перепуганном короле усилить крепостной гнет и повысить налоги. Малолетний король боится своих советников, которые ранее бунтами получили свою Хартию вольности. Церковь бароны не трогают, ибо грех. И вот в Эссексе сборщик налогов с небольшим отрядом откровенно хамит и грубит крестьянам, обосновывая свое поведение законом. Один из крестьян без имени как символ человека, лишенного достоинства, которого играет Эндрю Гарфилд, убивает мытаря, который сообщает ему, что он должен заплатить налог за смерть жены и сына (они погибли от чумы и у Гарфилда нет об этом справки). И эта искра поднимает бунт. Народ верит в доброго короля, которого дурят бароны, поэтому они идут к нему с петицией. Захватывают Лондон, устраивают резню, но король понимает, что это его шанс сбросить гнет баронов. Поэтому он обещает свободу восставшим, а далее грязная политика. При этом, жути нагоняет образ короля-ребенка, который не деспот вроде Джофри, а обычный мальчуган, который понял, что власть- это сапог, топчущий лицо человека — вечно. И вот печальный конец восстания. Уцелевшие понимают, что нет никакого доброго короля, сколько не бунтуй против них, придут другие, поэтому единственный шанс жить свободно это уйти в лес. В финале главные герои мажут лицо грязной землей, которая ранее их кормила, а теперь скрывает их лица и уходят в леса чтобы стать Робин Гудами. Исторические выводы. И все же фильм наглядно объясняет почему «Мятеж не может кончиться удачей, — В противном случае его зовут иначе». Восстание не стало Революции исключительно потому что в голове у восставших остался монархический фрейм. Восставшие верили в короля, хотя именно король был проблемой. Сменился этот фрейм в сторону ограниченной монархии после «Славной революции» 1688 г., а через век французы решили, что и без монархии можно жить. О трансформации отношений государства и народа. Еще эта лента интересна с точки зрения эволюции отношений государства и граждане-налогоплательщиков. Риск таких бунтов был постоянным. Военная авантюра сразу требовала повышений налогов, которые нужно собирать руками. И тут мытарь рисковал жизнью, отправляясь с кучкой солдат в общину. А община это при всей социальной уродливости лишающей права на субъектность жила по принципу: все за одного когда дело касалось внешней угрозы. Теперь же в постиндустриальную эпоху общество атомизировано и лишено общинности. А государство с помощью цифровизации, банков и прочих налоговых агентов вообще научилось незаметно собирать налоги так, что обычный человек не считает себя налогоплательщиком. И он вообще не видит государство, но знает, что противостоять ему бесполезно и невозможно. Поэтому всякие народные бунты в формате «возмутила реформа» сегодня невозможны с низу.