MAD Architects

Дизайн выходит из тени У выставки ARTDOM 2027 появилась тема — «В центре внимания». И это гораздо больше, чем красивый слоган. В фокусе — люди, которые создают предметный мир: архитекторы, дизайнеры, инженеры, мастера и производители. За каждым выразительным интерьером стоят десятки решений, экспериментов и специалистов, чьи имена обычно остаются за кадром. Рынок постепенно переходит от выбора готовых предметов к созданию уникальных решений в сотрудничестве с производствами. Авторская мебель, нестандартные материалы, индивидуальные детали становятся частью архитектурной идентичности проекта. Именно такие коллаборации помогают бюро формировать собственный узнаваемый почерк.

Сегодня с Оксфорд-стрит пропали все машины🚗 Самая известная торговая улица Лондона с сегодняшнего дня стала пешеходной. Почти километр от Orchard Street до Great Portland Street закрыли для автобусов, такси и велосипедов. • первый этап временный: скамейки, деревья, понятная навигация • за поведением людей будут наблюдать и по итогам спроектируют постоянное решение • переходная схема появится к концу весны 2027 года • на консультации проект поддержали 7 из 10 участников У проекта есть противники: Вестминстерский совет опасается, что машины уйдут на соседние улицы. Лондон не рисует идеальный рендер на годы вперёд, а проверяет пространство на практике. Это тактический урбанизм в масштабе главной улицы города. Какую улицу Москвы вы бы сделали пешеходной? Фото: www.oxfordstreet.co.uk

С 20 октября вступили в силу изменения в методиках определения накладных расходов и сметной прибыли. Поправки связаны с приказами Минстроя России № 209/пр и № 210/пр. Для проектных организаций это повод проверить актуальность нормативной базы и расчетных инструментов. Почему это важно архитекторам? Даже безупречный проект может столкнуться с проблемами реализации, если его стоимость рассчитана по неактуальным правилам. Особенно внимательно к изменениям стоит отнестись бюро, работающим с бюджетными объектами и нормативными сметами. При этом новые методики не означают автоматического пересчёта всех действующих договоров. Архитектура начинается с идеи. Но ее реализация зависит в том числе от точности расчетов.

«АРКА»: на ВДНХ пройдёт выставка об архитектуре и наследии 18–20 ноября в павильоне «Форум» (№ 20) на ВДНХ пройдёт Международная выставка по архитектуре, реставрации, культуре и археологии «АРКА». На одной площадке встретятся архитектурные бюро, реставраторы, девелоперы, исследователи, представители власти и производители материалов. В центре внимания: • проектирование в исторической среде • научная реставрация и сохранение памятников • археология и экспертиза в строительных проектах • современные технологии обследования зданий • музейные и экспозиционные решения Отдельная тема— как приспособить исторические здания к современной жизни, сохранив их ценность. В деловой программе при участии Национального комитета ИКОМОС России обсудят девелопмент в исторической среде, новые функции объектов наследия и практический опыт реставрации. Почему стоит пойти: вписать новую функцию в старое здание и не потерять его характер — одна из самых сложных задач для архитектора. Универсальных решений здесь нет, зато есть опыт реализованных проектов, который стоит изучать и обсуждать. 📍Место: ВДНХ, павильон № 20 «Форум» 📅 Даты: 18–20 ноября 🎟 Вход: бесплатный, по предварительной регистрации 🔗Программа и регистрация: arcavdnh.ru

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

В Госдуму внесён законопроект о многократном использовании проектной документации Правительство внесло подготовленный Минстроем законопроект, направленный на расширение возможностей повторного использования проектной документации. Почему это важно: развитие типового проектирования может изменить экономику работы бюро, особенно в сегментах школ, детских садов, социальных объектов и массового строительства. Для архитекторов возникают вопросы адаптации типовых решений к конкретному участку, климату, нормативам и архитектурному контексту. Для заказчиков потенциальное преимущество — сокращение сроков и затрат на проектирование. Что делать бюро: оценить, какие решения можно стандартизировать без потери качества и как оформлять повторное использование проектных материалов. Источник: Строительная газета

+1

А ЧТО, ЕСЛИ НЕБОСКРЁБ БУДЕТ РАСТИ НЕ ВВЕРХ, А В СТОРОНУ? В Москве представили концепцию квартала на Автозаводской с «горизонтальными небоскрёбами». Идея интригует: вместо привычных отдельно стоящих башен — здания, связанные между собой на высоте. Представьте: выходите из офиса, а вместо лифта — прогулка по саду над городом. Здесь могут появиться общественные пространства, кафе и места для встреч. Такая архитектура открывает новые возможности для городской жизни, объединяя здания и создавая пространства для отдыха и общения. Реализация подобных решений требует сложных инженерных расчётов, но открывает новые перспективы для высотного строительства. Возможно, будущее небоскрёбов — не только в высоте, но и в связях между зданиями. А вы бы хотели прогуляться по саду между небоскрёбами? На фото: Жилой квартал с «горизонтальными небоскребами» в Даниловском районе Москвы © Sminex

+2

Когда архитектура не скрывает проблему, а превращает её в форму Что, если токсичное прошлое территории не стирать, а сделать частью архитектурного высказывания? В шведском Шеллефтео арт-дуэт Bigert & Bergström создал Lithium Crystal Sauna — общественную сауну в форме гигантского кристалла лития. Образ выбран не ради эффектной геометрии: литий необходим для энергоперехода, но его добыча имеет экологическую цену. Объект стал центром парка WasteLand, созданного на месте загрязнённой промышленной территории, восстановление которой заняло 17 лет. Снаружи — около 280 зеркальных призм с розовым титановым покрытием. Наклонённый на 4° объём будто прорастает из земли, отражая реку, лес и новый ландшафт. Внутри холодной оболочке противопоставлены ольха, тепло и панорамный вид на воду. Здесь форма — не декор, а способ говорить о памяти места и цене прогресса. А должна ли архитектура сегодня не только решать задачи, но и задавать неудобные вопросы? Фото: PuntoGroup

В Мурманской области обсуждают строительство с применением CLT-панелей — многослойных деревянных конструкций, которые производят с высокой заводской точностью. Представьте: суровый климат, короткое лето, сложная логистика. А основные элементы здания уже изготовлены на заводе и готовы к сборке. Но нас особенно привлекает архитектурная сторона технологии. CLT не обязательно скрывать за отделкой. Дерево может стать одновременно несущей конструкцией и выразительной частью интерьера. За окном — полярная ночь и мороз. Внутри — натуральная фактура, мягкий свет и ощущение тепла. Конечно, без грамотной защиты от влаги, утепления и продуманных узлов здесь не обойтись. Самое интересное, что один из древнейших строительных материалов сегодня открывает совершенно новые возможности для архитектуры.

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

Исчезающая Япония: почему архитектура XX века оказалась под угрозой? Япония известна бережным отношением к традициям, но её послевоенная архитектура исчезает с удивительной скоростью. В книге Vanishing Japan: Modern Architecture, Gone But Not Forgotten архитектурный критик Наоми Поллок исследует утраченные здания японского модернизма — наследие эпохи стремительного экономического роста и смелых экспериментов с формой. Парадокс в том, что сооружения, когда-то символизировавшие будущее, сегодня уступают место новой застройке. Книга заставляет задуматься о том, что превращает архитектуру в культурное наследие и почему так важно вовремя осознать её ценность. Ведь с каждым утраченным зданием город теряет не просто часть своей застройки, а целый пласт истории — смелые архитектурные идеи, инженерные открытия и свидетельства эпохи, которые уже невозможно воссоздать. А какие здания современной архитектуры мы рискуем недооценить сегодня?

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

Не «что построить?», а «что сохранить?». Новый кампус MIT. MIT официально открыл обновленный Metropolitan Storage Warehouse — исторический склад, превращенный Diller Scofidio + Renfro в новый дом Школы архитектуры и планирования. Это почти манифест. Одна из главных архитектурных школ мира могла заказать эффектное новое здание. Вместо этого университет инвестировал в трансформацию существующей массивной кирпичной структуры, наполнив ее светом, учебными пространствами, исследованиями и публичной жизнью. Для студентов это особенно сильный образовательный жест: сама школа становится учебным пособием по adaptive reuse. Архитектуру будущего преподают внутри архитектуры прошлого. И, возможно, это один из главных профессиональных навыков следующего десятилетия: не начинать проект с вопроса «что построить?», а сначала спросить — «что здесь уже можно сохранить?»

Легенду ар-деко ждёт масштабная реконструкция! Один из самых узнаваемых небоскрёбов Нью-Йорка — ChryslerBuilding — готовится к большому обновлению. Девелопер Tishman Speyer представил планы реставрации фасада и переосмысления не менее 75% внутренних пространств здания. Построенный в 1930 году, Chrysler Building стал символом эпохи ар-деко и архитектурной амбициозности Нью-Йорка. Теперь перед проектировщиками стоит непростая задача: адаптировать исторический небоскрёб к современным требованиям, сохранив его ха рактер. Главный вопрос: как найти баланс между современными требованиями к комфорту и сохранением уникального характера исторического здания? Фото: Axel Tschentscher

+2

Почему здесь шестиугольник, там — длинная горизонтальная лента, а рядом стекло занимает почти всю стену? Форма окна связана с конструкцией здания, устройством помещений и замыслом архитектора. Пять московских примеров, которые стоит рассмотреть внимательнее. 1. Особняк Рябушинского Архитектор Фёдор Шехтель Здесь интересно смотреть на оконные переплёты: их изгибы продолжают пластический язык модерна. Даже привычная граница между комнатой и улицей становится частью художественной композиции. 2. Дом Мельникова Архитектор Константин Мельников Шестиугольные окна превращают округлые стены в узнаваемую сетку. Но посмотрите и на большое окно мастерской: в одном доме соседствуют два совершенно разных способа впустить свет — множество небольших проёмов и одна огромная стеклянная поверхность. 3. Дом Наркомфина Архитекторы Моисей Гинзбург и Игнатий Милинис Окна объединяются в горизонтальные ленты. Каркасная конструкция позволяет освободить наружные стены от несущей функции, а остекление подчёркивает протяжённость корпуса. За лаконичным фасадом стоит вполне конкретное инженерное решение. 4. Здание Центросоюза Ле Корбюзье и Пьер Жаннере, при участии Николая Колли Здесь ленточные окна соседствуют с большими плоскостями остекления и глухими стенами, облицованными туфом. Этот контраст помогает прочитать здание: увидеть отдельные объёмы и различия между ними. 5. ГЭС-2 Историческое здание электростанции; преобразование — Renzo Piano Building Workshop Большие окна и свет через крышу были частью первоначальной промышленной архитектуры. При преобразовании станции заложенные проёмы раскрыли. Возвращение света стало частью возвращения самого пространства — теперь уже для новой жизни здания. В следующий раз попробуйте рассмотреть здание только по его окнам: их форме, ритму, глубине и переплётам. Какие решения вы бы захотели разобрать на чертеже?

Архитектура Москвы — в фокусе вашего объектива 📸 Для архитекторов, которые любят не только проектировать здания, но и любоваться ими, замечать детали и ловить интересные ракурсы, — отличный повод взять в руки камеру! Стартует фотоконкурс «Москва. Архитектура времени», посвящённый 19 новым и реконструированным объектам столицы: от кампуса Бауманки до стадиона «Торпедо». Задача — не просто запечатлеть здание, а через свет, геометрию и композицию раскрыть его характер и диалог с городом. 📅 14 октября — 15 ноября — приём работ. 🏆 Главный приз — 1 млн рублей. Подробности и условия — moskvavkadre.ru. А какое московское здание вы давно хотели поймать в объектив?

Международный союз архитекторов (UIA) обозначил одну из ключевых тем профессиональной повестки 2027 года — Urban Regeneration («Городская регенерация»). Именно ей будет посвящён международный архитектурный форум в Мумбаи. В центре внимания — новая жизнь существующих зданий, обновление городских районов, адаптация пространств к современным потребностями сохранение архитектурного наследия. Это отражает глобальный сдвиг в профессии: вместо бесконечного расширения городов архитекторы всё чаще ищут потенциал в том, что уже построено. Реконструкция, адаптивное использование и устойчивое развитие становятся не просто трендами, а важными инструментами проектирования. Вывод: возможно,главный вопрос архитектуры будущего — не «что построить?», а «что мы можем сохранить и переосмыслить?»

С 4 августа 2026 года Водный кодекс запрещает капитальное строительство в установленных зонах затопления и подтопления. Исключение — сооружения инженерной защиты. Масштаб проблемы: по оценке Минстроя, ограничения затрагивают 74 млн м², из которых 65 млн м² связаны со строящимся жильём. В России около 10 тысяч таких зон. 9 октября Клуб инвесторов Москвы сообщил: предложения по смягчению запрета планируют подготовить до конца года. Что это меняет в работе архитектора? Анализ водных рисков и правового статуса участка должен предшествовать концепции. Важно заранее проверить границы зон, разрешительную документацию и возможности инженерной защиты. Для проектов, начатых до 4 августа, действуют отдельные разъяснения Минстроя. А вы уже сталкивались с такими ограничениями в проектах?

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

Премии больше не дают за «красивую форму», а дают за способ мыслить Фаршид Муссави получила Soane Medal 2026 — награду за вклад не только в практику, но и в понимание роли архитектуры в обществе. И это повод поговорить о траектории, а не о регалиях. Муссави держит вместе три вещи, которые у большинства бюро живут порознь: построенные объекты, преподавание и теорию. В ее практике — жилье, музеи, общественные и коммерческие пространства. В исследованиях — повседневность, социальные отношения, этика. Ключевой урок для нас, архитекторов: интеллектуальная позиция — не бонус к портфолио и не строчка в «О бюро». Это самостоятельный продукт. То, что бюро продаёт раньше, чем форму. На зрелом рынке конкурируют уже не формы и не визуальные языки. Конкурируют способы видеть проблему. Два бюро нарисуют похожий фасад — выиграет то, у которого есть последовательная идея о городе и человеке в нём. Поэтому самый ценный вопрос для бюро сегодня звучит так: Какую идею о городе последовательно доказывают наши проекты? Если ответ есть — он становится главным аргументом в разговоре с клиентом, городом и жюри. Если нет — самое время его сформулировать. ——— Photography: Manu Valcarce