Loader from SVO

Памяти Сергея Васильевича Сарбаша. До сих пор не могу отойти от того, что СВ ушел. В моей картине мира он относится к тому поколению блестящих юристов середины 90-х, которые стали первыми учениками разработчиков ГК. Они не были испорчены советской доктриной, они никогда не ссылались на Ленина во введениях в своих работах. Это первое поколение настоящих цивилистов после 1917 года и 80 лет неправа. Себя я отношу к следующему поколению юристов, и разница между нами всего около 10 лет. Здесь я хотел бы вспомнить СВ не как ученого юриста и прекрасного преподавателя, а как судью. С этой его ипостасью широкая публика была не очень хорошо знакома. Я был слушателем лекций СВ в Статуте, начиная с 2003 года. Весной 2008, когда я начал работать в ВАСе, я в первый же день работы столкнулся с СВ в столовой (примечательно, что он всегда стоял в общей очереди с сотрудниками аппарата и никогда не пользовался судейской привилегией обслуживаться вне очереди). Я представился, он сказал с улыбкой: «А я Вас заочно знаю, читал Ваши работы, Вы - наш человек». Я сразу понял, что мы сработаемся. Мне кажется, что судейская работа в последние годы существования Высшего Арбитражного Суда приносила СВ самое большое профессиональное удовлетворение. Я много раз слышал от него, что главное для юриста - суметь найти справедливое решение спора, а как уж его обосновать ссылками на нормы закона это дело десятое. Собственно, этим - поиском справедливых решений - он и был поглощен как судья. Мне очень нравилось сталкиваться с СВ в коридоре (наши кабинеты были на 4 этаже по диагонали) по вторникам (это день заседаний Президиума ВАС), когда он шел в черной развевающейся судейской мантии, отрешенно смотрел вокруг, немного улыбаясь и иногда подкручивая ус. В ВАСе СВ был председателем шестого состава. Он назывался «экспертный состав», в него входили судьи, которые имели ученые степени или особую «юридическую оптику» (лучший пример - судья Ю.Ю. Горячева). Пять профильных составов ВАСа рассматривали жалобы по своей специализации: корпоративное и банкротное право (председатель - судья Иванникова), вещное право (председатель - судья Маковская), обязательственное право (председатель - судья Козлова), административное право (председатель - судья Юхней), налоговое право (председатель - судья Бациев). Председатели составов по должности входили в состав Президиума ВАС (в него также по должности входили председатель, его заместители и секретарь пленума). Но каждое шестое дело расписывалось не в профильный состав, а в шестой «экспертный» состав. Идея была такой. Профильные составы зачастую, как называлось у нас на сленге, «держали практику». Например, соглашались с судами в том, что в отсутствие в договоре подряда срока начала и окончания работ его надо считать незаключенным. И в передаче в Президиум ВАС для рассмотрения по существу таких жалоб отказывали. Однако всегда был шанс подвергнуть позицию составов ревизии через передачу дела в Президиум судьями шестого состава. Пример с тем же договором подряда: именно судья Сарбаш передал в Президиум дело Коне Лифтс (1404/10), в котором устоявшаяся в течение десятилетий порочная практика арбитражных судов объявления незаключенными договоров подряда с условием о сроке выполнения работ «столько-то дней с момента уплаты аванса» была отправлена в утиль. И таких примеров я могу привести десятки. Другая функция, которую выполнял СВ и его коллеги из шестого состава, это так называемый содоклад. Когда судья профильного состава передавал дело в Президиум и предлагал формулировку правовой позиции, то по этому же делу из числа судей экспертного состава назначался содокладчик. Он обеспечивал «второй взгляд» на правовую проблему, которую хотел решить профильный состав. Содоклад делался не публично, а уже после того как Президиум оставался в совещательной комнате для разрешения спора. Довольно часто этот взгляд расходился с взглядом профильного состава, и фактически перед Президиумом вставал выбор: какую из точек зрения поддержать. Позиция СВ и его коллег частенько побеждала.