Loader from SVO

Симпатичнейшая гражд.коллегия верх.суда продолжает упорствовать в своем величайшем заблуждении - невозможности применения Гражданского кодекса к трудовым отношениям. В деле 53-КГ26-1-К8 обсуждается в целом довольно хорошо известный сюжет. Женщина уволилась по собственному желанию, но вскоре узнала о том, что она беременна. Она обратилась с требованием восстановить ее на работе. Суд первой инстанции удовлетворил требование, апелляция и кассация - отказали. Дело было рассмотрено верх.судом, который оставил в силе акт суда первой инстанции. Как образованный юрист мотивировал бы такое решение? Это в целом несложная задачка. Прямого ответа на вопрос в ТК нет. Но мы знаем, что есть норма о том, что если волеизъявление было совершено под влиянием ошибки, то оно может быть оспорено. Это ст. 178 ГК. Заявление об увольнении (на языке юриста - заявление об одностороннем отказе от трудового договора) это обычное волеизъявление. Которое - как и всякое волеизъявление - может иметь пороки, связанные с его формированием. Например, оно может быть совершено под влиянием угрозы (судебная практика знает и такие примеры), насилия, ради шутки, в учебных целях. А может - под влиянием ошибки, вызванной обманом или заблуждением. И такое волеизъявление может быть аннулировано (самой стороной или в судебном порядке). Казалось бы, гражд.коллегии было достаточно сослаться по аналогии закона на ст. 178 ГК - и все, вот оно и есть законное основание для отмены судебных актов. Причем она даже написала про аналогию закона! Но так и не применила ее. (Я очень хочу верить, что в проекте определения по делу, подготовленному судьей Поповой, была ссылка на ст. 178 ГК, но суровая рука председательствующей по делу судьи Пчелинцевой, которую добрые читатели конечно же помнят по смешному видео с паспортом, а также ссылкам на четкие, резкие, бескомпромиссные выступления председателя Краснова, не дала ей это написать). Вместо этого в тексте определения написано так: Заявление Манаковой Н.А. от 22 января 2024 г., в котором она просила отменить приказ об увольнении, восстановить её на работе в должности санитарки хирургического отделения (на 20 коек) в связи с наличием у неё беременности, о которой она не знала на момент увольнения, свидетельствует об отсутствии у неё добровольного волеизъявления на прекращение трудового договора с работодателем. Данное заявление Манаковой Н.А. о расторжении трудового договора по собственному желанию не может сохранить своё действие ввиду отсутствия на это волеизъявления работника. Ну как же так?! Ведь Н.А. Манакова добровольно написала заявление, плод не управлял ее рукой при этом!! Я надеюсь, что в ней же жил не Чужой (иначе нам всем скоро наступит конец и вся деятельность, например, симпатичнейшей гражд.коллегии, отстаивающий невозможность применения норм ГК к трудовым договорам, станет бессмысленной). Подробнее о том, почему к отношениям сторон трудового договора следует субсидиарный применять нормы ГК можно прочитать вот тут. PS. Как-то К.И. Скловский хорошо сказал - только очень крупные юристы могут признать свои ошибки. Ждем, когда такие появятся в гражд.коллегии верх.суда.