Loader from SVO

В определении гражд.коллегии верх.суда N 5-КГ25-141-К2 содержится вывод о том, что решение суда общей юрисдикции, которым с А взыскан долг в пользу В, может быть обжаловано С, являющимся кредитором в деле о банкротстве А. Жаль, но кажется, это подтверждает, что в России окончательно отвергнута концепция относительности судебных актов. Она следует, например, из п. 4 ПП 10/22. Если в споре между А и В суд что-то взыскал с А, то это касается лишь этих двух лиц. В других делах с участием других лиц (которые не участвовали в первом деле) суды не связаны решением по этому делу. Это напрямую вытекает из того, что суд в гражданском процессе не устанавливает объективную истину. Он устанавливает относительную (доказательственную) истину. Что стороны смогли доказать, то и правда в этом конкретном деле. Поэтому если в другом деле (между А, В и С) будет установлено, что никакого долга у А перед В не было, то второй суд должен это прямо так и написать. И не включать В в реестр кредиторов А. В свою очередь, (другому кредитору А) С не надо бегать и обжаловать решение по спору между А и В. Против этих рассуждений обычно выдвигают аргумент об обязательности судебного акта. Мол, какой же он тогда обязательный, если второй суд может проигнорировать вывод по первому делу. Это неправильное понимание обязательности судебного решения. Оно означает, что те лица, к которым обращено решение (ответчик, госорганы, которые исполняют решение), безусловно обязаны выполнить приказ суда - передать вещь, заплатить деньги и проч. В силу особенностей гражданского процесса (относительности истины, устанавливаемой судом) судебное решение не может иметь эффект против всех. (Кстати, это хорошо видно из правил о преюдиции - факты, установленные судом в одном деле, не надо доказывать в других делах только с тем же субъектным составом). Увы, все эти рассуждения были отвергнуты верх.судом, который почему-то считает, что решение по делу между А и В должно иметь эффект против всех третьих лиц. Видимо, потому что когда-то в советском гражданском процессе суд (как считалось) устанавливал объективную истину по делу. Относительность - это буржуазная придумка, которая вредит интересам трудящихся и потому должна быль отвергнута. Ей не место в нашем, советском суде, суде народа и для народа! А это , в свою очередь, означает, что третьи лица, в делах которых им «вредит» судебный акт по первому делу, должны непременно оспаривать его, добиваясь отмены. Увы, даже законодатель поддержал эту ошибочную и вредную идею и закрепил такое положение в законе о банкротстве. Таким образом, миазмы прошлого (советский гражданский процесс и требование установления объективной истины по делу) до сих вредят нам спустя 35 лет.