Этот человек всю жизнь посвятил изучению права. Выпускник Императорского училища правоведения, он стал автором нескольких книг, работал главным юрисконсультом в Министерстве путей сообщения, дослужился до тайного советника. Но свой след в истории оставил не благодаря профессии, а из-за страсти, ставшей главным делом его жизни. Павел Викторович Деларов собирал живопись - и старых европейских мастеров, и русских художников - а также гравюры и предметы декоративно-прикладного искусства. В его собрании были картины Рембрандта, Брейгеля Младшего, Фрагонара, Буше, Брюллова, Венецианова, Кипренского. Всего к концу жизни число собранных им полотен приблизилось к цифре в две тысячи. Он написал книгу о картинной галерее Эрмитажа и речь к юбилею Брюллова, но составить каталог собственной коллекции руки у него так и не дошли. Единственное, как он отмечал свои вещи, был овальный владельческий штамп с надписью на французском языке «Коллекция картин Павла Деларова. Санкт-Петербург». Почти всё это богатство хранилось на двухэтажной деревянной даче в Павловске. Александр Бенуа, побывав там, вспоминал: «По количеству картин это был настоящий музей, но, боже мой, в каком неприглядном порядке всё это было размещено! И какая это была мешанина школ, эпох и достоинств». Картины висели в гостиной, в кабинете и в столовой, в спальнях и коридорах, над детскими кроватками и даже в уборной. Вторую часть коллекции Деларов держал в петербургской квартире на Фонтанке. Сам собиратель был под стать своей коллекции. Впервые Бенуа увидел его в Эрмитаже. Невысокий коренастый человек с густой рыжей бородой и рыжим клоком волос над высоким лбом стоял перед новыми приобретениями музея и громко, «с необыкновенной авторитетностью», их разносил и «вёл себя вызывающе дерзко». Бенуа описал его хранителю Эрмитажа Андрею Сомову, и тот вместе с помощником в один голос воскликнул: «Да это Деларов!» Граф Валентин Зубов, основатель петербургского Института истории искусств, назвал его «русским Рабле XIX века». В зубовском институте Деларов успел прочитать три блестящие лекции о голландской живописи, после чего тяжело заболел. Его последние годы выдались тяжёлыми. Однажды из квартиры Деларова украли около сотни произведений. Похитителей нашли, но разбирательства подорвали здоровье коллекционера, и 20 февраля 1913 года он умер. Вскоре после его смерти вдова перевезла всё собрание в квартиру на Фонтанке и иногда приезжала проверить, всё ли на месте. Однажды она нашла квартиру пустой. Оказалось, что этажом выше поселился человек, который объяснил соседям, что служит на аукционе и потому будет то и дело приносить и уносить вещи. Ему в этом даже помогал дворник. Но на деле по ночам он спускался по чёрной лестнице в квартиру Деларова и выносил картины в ящиках для дров. После второй кражи вдова решила продать коллекцию. Парижские антиквары отобрали лучшее, и в апреле 1914 года, за несколько месяцев до войны, в Париже прошли торги «собрания его превосходительства покойного Поля Деларова, тайного советника Его Величества Императора Всероссийского». Остальное распродавали в Петрограде: в феврале 1916 года Эрмитаж купил на аукционе 14 лотов, включая «Венеру и Адониса» Луки Камбьязо. Работы из этого собрания хранятся и в Русском музее, и в Пушкинском, и в музеях Вологды, Вятки, Екатеринбурга, Воронежа и Якутска. А одна доска с образом Христа много лет пролежала в фонде икон Государственного музея истории религии. Венецианскую живопись в ней разглядела главный научный сотрудник музея Юлия Рогова, а на обороте нашла тот самый овальный штамп Деларова. Теперь «Спасителя мира» датируют примерно 1510 годом и предположительно считают работой венецианца Алессандро Оливерио. И увидеть эту редчайшую работу теперь можно своими глазами - на выставке «Время собирать. Русские коллекционеры западноевропейского искусства». Экспозиция включает около 50 произведений из 13 частных собраний, от графа Григория Орлова до Павла Деларова. Адрес: Санкт-Петербург, Почтамтская ул., 14. Можно не торопиться: выставка будет идти до 10 января 2027 года.