Профессор Липсиц

Как забавно — ИИ-фанаты решили нас, экономистов, напугать, а я увидел, что безумно испуганы-то они...(1) **************************** И испуганы они тем, что огромные инвестиции в ИИ и инфраструктуру для него вдруг будут осознаны банальным - "тюльпанным" (про голландскую тюльпанную лихорадку слышали же?) - пузырем. А потом пузырь лопнет и герои его надувания окажутся в луже и будут забыты. __________________________________ Итак, чем же нас пугает Эндрю Лей, экономист и помощник министра Австралии по вопросам производительности, конкуренции, благотворительности и казначейства в своей статье «Экономика вымирания человечества» (21 мая 2026 г.)? «Риск вымирания — не просто «очень большой негативный шок». Рецессия заканчивается. Разрушенная страна может восстановиться. Плохая политика может быть отменена. Но если исчезает человечество, исчезает весь будущий поток благосостояния. Нет отскока. Нет догоняющего роста. Нет следующих поколений, которые исправят ошибку. Именно поэтому технологии уровня фронтирных ИИ требуют от экономики не только обычного вопроса: «Насколько они повышают производительность?». Но и другого: «Насколько они меняют вероятность необратимого провала?» Аналитическая записка Peterson Institute for International Economics «Where Is AI in GDP Statistics?» (авторы Антон Коринек и Патрик Маккелви) содержит простой вопрос: если ИИ так важен, почему его почти не видно в ВВП? Доминирующий ответ сегодня звучит так: значит, вклад ИИ пока незначителен. Есть хайп, есть дата-центры, есть дорогие чипы, но большой экономики ИИ пока нет. PIIE предлагает иную и довольно тревожную версию. ИИ может быть не отсутствующей революцией, а революцией, проходящей в зоне статистической невидимости. В обычных макропоказателях виден в основном бум дата-центров. Но под ним возникает другой слой — быстрорастущий «теневой» сектор производительной мощности ИИ. Это не значит, что ИИ уже разогнал экономику. В том-то и дело, что нет. Опасность в другом: может расти не видимый ВВП, а скрытая производительная мощность. Все предыдущие технологические волны — полупроводники, интернет, мобильные платформы — в основном дополняли человеческий труд. Человек оставался узким местом, через которое проходил экономический эффект. Поэтому даже если статистика что-то недоучитывала, масштаб и скорость ошибки были ограничены. ИИ — первый реальный кандидат на массовое замещение человеческого труда в когнитивной сфере. Если это узкое место начнет расширяться, то сегодняшняя невидимая мощность может проявиться в экономике не как плавный рост, а как фазовый переход: через рынок труда, налоговую базу, ставки, инфляцию, корпоративные прибыли и политическую нестабильность". Стоп-стоп! Зафиксируем наше внимание вот на этих словах "массовое замещение человеческого труда в когнитивной сфере". А какая доля работников трудится в этой сфере даже в развитых странах? Как подчитали американские экономисты, в развитых странах, таких как ЕС и США, доля рабочей силы, в основном выполняющей когнитивные задачи (например, управление, принятие сложных решений и профессиональный анализ), составляет примерно от 35% до 45% от всей занятости, и этот показатель резко вырос по мере автоматизации рутинного труда. А это означает, что даже самое массовое внедрение ИИ (на основе созданных за безумные деньги огромных - невидимых - мощностях) затронет, скажем, при масштабе увольнений в 30% (это ведь "массовое замещение", не так ли?) лишь 10-15% всех занятых в экономике развитых стран. То есть 85-90% работников даже не заметят "атаки агентов ИИ" и будут по-прежнему плавить сталь, укладывать асфальт, ухаживать за скотом, учить детей в школах и водить комбайны. Их, скорее, затронет не внедрение агентского ИИ, а роботизация - что, все же, не вполне идентично прогрессу в ИИ.