ЛикбеZ

С выводами источников «Незыгаря» можно было бы во многом согласиться в 2023-м и даже в 2024 году, когда общество действительно демонстрировало заметную консолидацию вокруг военной повестки. Однако к середине 2026 года ситуация выглядит значительно сложнее. Проблема в том, что дальнейшая милитаризация общественных настроений сегодня возможна в основном административными и принудительными методами. Но такие решения способны дать лишь краткосрочный эффект, одновременно создавая новые социальные и политические риски. Именно поэтому власти не спешат идти по этому пути, несмотря на постоянное давление со стороны так называемой «России воюющей», требующей более жестких мер, мобилизации ресурсов и эскалации. При этом существует и другая Россия — гораздо более многочисленная. Ее запрос заключается не в ударах возмездия и не в расширении военной кампании, а в ее завершении. Для значительной части общества вопросы личной безопасности, уровня жизни, инфляции, доходов и будущего семьи постепенно становятся важнее символической риторики и военной мобилизации. Поэтому ключевой вопрос будущей избирательной кампании может заключаться не в том, насколько эффективно власть сможет нарастить военно-патриотическую повестку, а в том, удастся ли ей удержать баланс между требованиями сторонников дальнейшей эскалации и запросом большинства на нормализацию жизни. И именно здесь для Кремля возникают самые серьезные политические риски.