ЛикбеZ

Домашнее насилие в России расширяет границы Понимание домашнего насилия в России заметно изменилось за последние годы. Если раньше под ним в первую очередь подразумевались физические побои и сексуальное принуждение, то сегодня большинство граждан включает в это понятие также психологическое и экономическое давление. По данным исследования, опубликованного в журнале «Женщина в российском обществе» (2026), 95,5% россиян относят к насилию физические действия, 88% — сексуальные, но почти столь же широко признаётся и психологическое воздействие (87%), а также экономическое — 61,3%. На этом фоне резко выросло число людей, считающих себя пострадавшими именно от нематериальных форм давления. Если в 2019 году лишь 36,6% респондентов, заявлявших о насилии, указывали на психологический аспект, то к 2024 году эта доля достигла почти 90%. Это говорит не столько о всплеске агрессии, сколько о смене общественного восприятия и распространении новых понятий — от «газлайтинга» до иных форм эмоционального давления. В более широком контексте этот сдвиг связан с глобальной тенденцией: ещё с 1990-х годов международные организации постепенно расширяли определение домашнего насилия, включая в него не только физический вред, но и психологическое воздействие, контроль над финансами и социальную изоляцию. Россия, несмотря на отсутствие отдельного профильного закона, фактически следует этой логике на уровне общественного сознания. При этом столь широкая трактовка порождает и дискуссии. С одной стороны, она облегчает обращение за помощью и делает проблему более видимой. С другой — размывает границы самого понятия, превращая его в категорию, где серьёзные правонарушения соседствуют с субъективными оценками поведения в семье.