ЛикбеZ

Инаугурация без согласия элит Инаугурационное обращение нового рахбара Моджтабы Хаменеи прозвучало в предельно жёстком тоне. В тексте, зачитанном диктором иранского телевидения, удары США и Израиля названы «агонией капиталистического мира», а ядерная программа — «очищенной огнём», но никак не остановленной. Символическая деталь тоже говорящая: картонное изображение нового лидера в окружении командования Корпуса стражей исламской революции подчёркивало не столько духовную, сколько военную роль главы государства. О переговорах не сказано ни слова — напротив, объявлен курс на «асимметричный ответ» по всему миру. Однако куда важнее оказались не слова, а лица — точнее, их отсутствие. На церемонии не появились представители двух ключевых кланов, стоявших у истоков Исламской Республики: семьи Лариджани и Рафсанджани. Первый традиционно ассоциируется с бюрократией и дипломатией, второй — с крупным капиталом и экономикой. Если обе группы демонстративно держатся в стороне, это может означать, что новый рахбар опирается прежде всего на силовую опору КСИР, но не контролирует ни аппарат, ни финансовые центры. Формально отсутствие объяснили «соображениями безопасности». Но в шиитской политической традиции участие в инаугурации считается актом признания легитимности лидера. Игнорирование церемонии и торжеств может трактоваться как отказ приносить символическую присягу новому рахбару. Дополнительный сигнал дала семья покойного президента Али Акбара Рафсанджани. Его сын Мохсен направил поздравление, однако дочери, включая Фаэзе Хашеми, отказались его подписывать. Для иранской политической культуры, где позицию семьи обычно определяет старший мужчина, подобное публичное несогласие выглядит почти беспрецедентно. Всё это указывает на очевидное: внутри иранской элиты нет согласия относительно нового лидера и будущего самой системы.