ЛикбеZ

Цифровое величие из изоленты и палок Свершилось. После триумфального запуска мессенджера Max мы официально встали в один ряд с США и Китаем. Депутат Боярский не даст соврать: Россия теперь — третья цифровая сверхдержава, а Max стал тем самым «последним кирпичом» в фундаменте нашего суверенитета. Правда, если присмотреться к этому кирпичу поближе, на нем отчетливо виден логотип китайской фабрики и следы густого административного клея. Год прошел, и цифры Max выглядят солидно: 46,4 млн ежедневных пользователей. Это уровень Telegram образца 2022 года. Но есть нюанс. В Telegram люди шли за смыслами и свободой, а в Max — по приказу ректора или под угрозой лишения премии. Студенты и бюджетники скачивают «национальный продукт» в добровольно-принудительном порядке, пока власти заботливо зачищают поляну: WhatsApp заблокирован, звонки в Telegram запрещены, а сам «телега» замедлена до состояния черепахи. Однако контентная активность в Max напоминает кладбище ботов. Каналов в 2,5 раза меньше, чем в Telegram двухлетней давности, а подписчиков — меньше в 26 раз. 70% контента генерируют госструктуры. Семь из десяти топ-каналов — это официальная пропаганда. Мы построили идеальный цифровой изолятор, где чиновники вещают для бюджетников, которые заходят в приложение только для того, чтобы поставить галочку в отчете. Пока Илон Маск заваливает орбиту спутниками Starlink, наш ответ в лице проекта «Рассвет» всё больше напоминает закат. На бумаге это глобальная сеть связи, на деле — бесконечные презентации и жалобы на нехватку комплектующих. Мы заявляем о технологическом рывке, но не можем выпустить даже собственный мобильный телефон, который не оказался бы перебрендированным китайским бюджетником с наклеенным поверх логотипом «Сделано в России». Попытка заместить западные технологии административным ресурсом привела к созданию «карманных» инноваций. Мы гордимся «российскими» процессорами, которые печатаются на тайваньских заводах (пока пускают), и «суверенным» софтом, который падает при малейшей нагрузке. Наш «цифровой купол» надежно защищает нас от внешнего мира, но, к сожалению, и от самого прогресса тоже. Самое ироничное, что блокировка Telegram, которой так жаждут «ястребы» в Госдуме, ударит прежде всего по самой власти. Военкоры, пропагандисты и чиновники потеряют свою основную аудиторию. В Max их никто не читает — там нет живых людей, готовых впитывать повестку. Переход на Max — это не победа технологий, а капитуляция здравого смысла. Мы меняем живую, бурлящую экосистему на стерильный коридор госуслуг. Сергей Кириенко может включать Max в любые топы, а Дмитрий Песков называть его «доступной альтернативой», но без палки над головой эта «сверхдержавность» не проживет и недели. Вывод очевиден: наш технологический прорыв — это искусно выстроенная декорация. Мы научились рисовать красивые отчеты и заставлять людей имитировать активность, но так и не научились создавать продукты, которыми хочется пользоваться без приказа. СВО запустила процессы, где лояльность важнее эффективности, а отчет перед начальством важнее работы спутника. В этой конфигурации наше «цифровое завтра» — это просто вчерашний день, покрашенный в цвета триколора.