ЛикбеZ

Овощная независимость почти достигнута. Осталось научиться считать Самообеспеченность России овощами в 2025 году достигла 89,6% — показатель, который почти вплотную подошёл к целевым 90%, зафиксированным в Доктрине продовольственной безопасности. Формально задача практически выполнена, и в отчётной логике это выглядит как успех. Однако за аккуратной цифрой скрывается куда более сложная картина, в которой объёмы пока обгоняют эффективность. Ключевым драйвером роста стало тепличное овощеводство, позволившее сгладить сезонность и обеспечить круглогодичное предложение. Сегодня в стране работает более 340 тепличных хозяйств в 76 регионах, общей площадью около 3,3 тыс. гектаров. Основное производство сосредоточено в Центральном, Приволжском, Северо-Кавказском и Южном федеральных округах. Расширение площадей дало быстрый результат, но одновременно закрепило модель экстенсивного роста. На этом фоне объём господдержки выглядит скромно. В 2026 году на овощеводство и картофелеводство предусмотрено 3,5 млрд рублей — средства пойдут на субсидирование продукции и модернизацию хранилищ. При этом капиталоёмкость современных тепличных комплексов остаётся крайне высокой: стоимость одного гектара может превышать 1–2 млн евро. В таких условиях государственная помощь скорее снижает остроту проблем, чем формирует задел для технологического рывка. Для сравнения, Нидерланды десятилетиями инвестировали не столько в метры стекла, сколько в технологическую экосистему: науку, селекцию, энергосбережение, замкнутые циклы воды и тепла. Российская модель пока по-прежнему опирается на показатели «гектары и тонны», а не на урожайность, себестоимость и ресурсную эффективность. Главный вызов ближайших лет — переход от количественного роста к управлению эффективностью по воде, энергии и выходу продукции с единицы вложений. Без этого 90% рискуют остаться красивой, но предельной цифрой.