ЛикбеZ

Американская «маносфера» дрейфует вправо: от глянцевой надежды к мрачной мести Политический психолог Арон Ренн фиксирует любопытный сдвиг в мужских субкультурах США. Прежний ориентир — глянцевый мир Эндрю Тейта, где мужчинам обещали быстрый успех, деньги и женщин, — постепенно уходит на второй план. Эта модель «мускулы-деньги-игра» прекрасно чувствует себя и в России: её проповедуют криптотрейдеры, блогеры успеха и прочие наставники легкой жизни. Но новую аудиторию молодых мужчин-аутсайдеров всё чаще притягивает другой полюс — крайне правый радикализм Ника Фуэнтеса. В отличие от Тейта, Фуэнтес не предлагает ни роста, ни выхода, ни надежды: только озлобленность и поиски виноватых. Эта среда превращает фрустрацию в желание мстить — сначала женщинам, затем евреям, а в последнее время даже технологиям вроде искусственного интеллекта, которые будто бы отнимают у них будущее. Переориентация заметна и в религиозной сфере. Южный баптизм, ранее важный оплот американских правых, вызывает у радикалов раздражение своей «мягкостью» — от идеи прощения для «падших женщин» до призывов к более равноправным социальным установкам. На смену приходит «брутальное» католичество, которое в этой среде начинают воспринимать как убежище для «настоящих мужчин». Феномен стремительно растёт, меняя идеологическую карту США. И если тенденция сохранится, американское общество может столкнуться с глубоким сдвигом симпатий — вплоть до пересмотра отношения к Израилю, который ещё недавно был безусловным союзником правых.