#кинонавыходные “Лучезарная сводница” (Luminous Procuress, 1971 год) доставит вам немало (а точнее ровно 74) приятных минут, хотя досмотреть его до конца смогут не все. Впрочем, если вы осилили фильмы Бертрана Мандико, то сможете увидеть университеты, в которых он учился. Преподавал же в них Стивен Арнольд. Художник, декоратор, режиссер, визионер - любых точных определений будет недостаточно, чтобы описать его роль и значение для андеграундной культуры США. Он долгое время оставался фигурой одновременной культовой и маргинальной, хотя его впору было бы назвать Энди Уорхолом западного побережья. В 1978 году он перебрался из Сан-Франциско в Лос-Анджелес, где основал собственную арт-студию, которую назвал “Занзибар”. В отличие от уорхоловской “Фабрики”, стены которой были покрыты фольгой и серебрянкой, гости Арнольда имели все шансы быть забрызганными золотой краской. Градус эклектики и китча в “Занзибаре” (последние фото) зашкаливал. Его подход к декору друзья описывали так: “Главным в комнате для Арнольда было то, сколько алтарей он мог в ней разместить”. Однако, в отличие от “Фабрики”, тут не создавалось искусство, - “Занзибар” сам был произведением искусства. В фильме двое путников попадают в дом одной загадочной особы. Играет ее Пандора, звезда андерграундной психоделической сцены Сан‑Франциско конца 1960‑х - начала 1970‑х годов и муза Арнольда. Постарайтесь разобрать ее слова из видео-фрагмента. Фильм был показан в Каннах, где его увидел Сальвадор Дали и тут же позвал Арнольда заняться оформлением его ставшего знаменитым дома-музея. Стоит ли говорить, что если вы работаете в моде и, тем более, занимаетесь съемками, “Лучезарная сводница” должна быть в вашей синематеке наряду с “Кто вы, Полли Магу?” Кляйна.