Сегодня день рождения Алексея Учителя (75) и просмотр/обсуждение со мной и с Ларисой Малюковой фильма «Космос как предчувствие» в Киноцентре «Октябрь». Кое-что произошло в преддверии этого сеанса: я закрыл все пробелы в фильмографии А.Е. Помимо глубокой убежденности в его мастерстве и его приверженности, скажем так, «тоскливому оптимизму», уяснил, на каком центральном конфликте строятся его фильмы. Не драматургическом даже, но цеховом. И обвинения в формализме, и нападки со стороны прессы за скудность психологической достоверности, и его собственные попытки примирить ландшафт со временем — все упирается в конфликтующих внутри Учителя композитора и дирижера. Первый надеется, что темпоритм услужливо подчинится, второй уповает на ремесленное стрит-кридабилити. Видимо, «Шумом времени», байопиком Шостаковича, который откроет в этом году фестиваль «Маяк», А.Е. пытается нащупать искомый им всегда — в диапазоне от документального «Обводного канала» до щеголеватой «Матильды» — баланс между эклектичностью (она — часть его дара постановщика) и ощущением цайтгайста (оно — издержка мыслящего человека). Чем, если не копипастом на статью «Сумбур вместо музыки», которую после явки Сталина-Жданова-Молотова и ко на «Леди Макбет Мценского уезда» остервенело адресовали Шостаковичу партийные издания, является совокупность критических заметок о «Космосе как предчувствии»? Дескать, Учитель столь тщательно подбирал кастомные наряды, что скатился в агитпроп, лубок и т.д. Как показывает время, те нападки оказались ересью. И 57-й, явленный на экране даже не шумом, а скрежетом времени, 2000-е с их авантюрным оптимизмом и уже не робкой надеждой на новую оттепель закосплеили мгновенно. Опасность эту А.Е. прозрел — и на дистанции, оказалось, посрамил глухоту мещанства к «оптимистической трагедии». Как и зачем — разберемся сегодня, приходите.