В столь же жестокие, как вот это, утра я обычно глотаю 2-3 чашки кофе залпом, избываю невроз за всяким брейнротом и делаю вид перед todoist’ом, что занят чем-угодно, кроме тоски по конкретному человеку. Было же? А час назад ещё и закемарил в нижегородском букинисте. Стоя, думая о «Последнем дне» Кирилла Логинова, который вчера показали на «Горьком». Единственный пока фильм единовременно смутивший взгляд чем-то навроде формальной пресности и разбередивший внутренности мотивом борьбы с одиночеством. Марина Калецкая в нем готовится встречать конец света, вразвалку терпя психоз терапевта, чью-то свадьбу в центре Москвы, ночную пустоту улиц и обретение Другого в лице Р. Евдокимова с соседнего балкона. И армагеддон как бы откладывается, не в последнюю очередь — бросками с балкона же наполненными водой презервативами, срывом на сигареты, примеркой аляпистого наряда. Тем, чем по-хорошему мы каждый день можем отгонять от себя и своих близких апокалипсис, если не забывать, что атомизация, суверенность каждого индивидуального опыта становится невыносимой ношей без соулмейта, возлюбленного, члена семьи etc. Двое обретают друг друга, стоя на краю человеческого проекта, и фильм Логинова намеренно — цветовыми акцентами, интонацией, нюансами актерской игры, даже бесящим циферблатом, время от времени отсчитывающим предел существованию мира, — открыт хэппи-энду. Одиночеству промяли бока и становится неважно, испарится ли планета или останется в прежних очертаниях. Ты не один — и это победа. Нехитрая мысль, тем более для фильма, функционирующего по принципу залагавшей сигнализации, но душеспасительная для утра, когда окончательно (и быстро, за пару дней) соскучился по слюнкам на соседней подушке.