2025-й для меня кончился вчера, когда поздним вечером нашел в набранной до краев ванной новый альбом «Аукцыона» «Сокровище». Точнее даже — федоровское прочтение 37-го Псалома. Каждый день ушедшего года рождался с этим текстом, с ним же таял. Читал его на кровлях зданий, на тыльных сторонах ладоней, в паузах между сном. Чувствовал скорбь и успокоение попеременно, потому что каждое слово представлялось весомей меня, невесомого. Чувствовал сразу и отчаяние, и возможность хоть с чем-то себя соотнести. Леонид Федоров, опершись на собственные цезуры и перевод Анри Волхонского (отличный от синодального по степени экспрессии), находит в этом тексте вескую надежду. Странно, что всему виной — строгий вокал, акустическая гитара, простая перкуссия. Трек идёт 7 минут, к финалу оборачиваясь откровенной джазовой импровизацией с добавлением духовых. Но в благородстве, с которым интонация нежнеет, в игольных ушках, отмеряющих дистанции между версами, реализуется магия. Песня, которая заставляет случайности искрится, которую — и фоном слушая, и сконцентрировавшись — признаешь преступлением против собственной меланхолии. P.S. Из культурологического: два чутких к безвременью русских музыканта — Федоров и Саша Ситников — неожиданно увидели кабину лифта эмблематичным нынче топосом. Первый, в песне «Борода», зацикленной механизированными обьявлениями о прибытии на тот или иной этаж, объявляет: «Меня никто не ждёт/Меня нигде не ждёт». Второй, на недавнем альбоме «Пореза на собаке», под бравурный мажорный аккомпанемент поет: «Никому не нужен, никем не вспомнен / Моя жизнь порушена, а я не сломлен / Моя жизнь распалась на «до» и «после» / Моя жизнь висит на ебучем тросе / И ни туда, ни сюда». Эти лифты, наперекор эпохе предыдущей и капиталистическому дискурсу, никак не социальные, скорее уж — одиночные камеры, в которых, на манер капсул из «Матрицы», мы присутствуем нигде. Всё помня откуда-то из глубокого анабиоза. Но это не толчея в клаустрофобной коробке с проженными кнопками на панели. Мы сразу все в лифте — и у каждого он свой. Все в разных, застрявших, разве что, между одними и теми же, общими на всех, этажами. (Песня «Лифт» группы «Порез на собаке» — моя любимая в теперь уже прошлом году).