Пригову было бы 85. Он бы знал что делать. Как сказать. Совет простой, угадывается интуитивно. Где не к месту — там и вопи. Все, что важно скажут другие. Не все, что важно — подлинно. Все, что конкретно — от лукавого. Этому учат тексты, написанные им уже за пределами человеческой эмпатии. Посюстороннее болело социализмом, а его, надо же, заразило чёрным юмором с привкусом бесконечной тревоги. Какие кошмары его баюкали в перестроечной психушке? За каким чертом эти тонны макулатуры — многие тысячи стихов, шаржей, сотни листов мятой прозы? Избавить себя (а больше и некого) от невыносимости жизни? Или стереть любое подобие почерка о бумагу, дойти до полной невыразимости? Чтобы что? Не знаю. В акциях тоже ничего не понимаю. А вот это люблю полной грудью, душеспасительно: Нет последних истин -- все истины предпоследние И в смысле истинности и в смысле порядка следования Да и как бы человек что-то окончательное узнал Когда и самый интеллигентный, даже балерина, извините за выражение, носит внутри себя, в буквальном смысле, кал