Ежегодно случается такое американское инди, которому быть крутым не мешают САНДАНСовские клише и мыльнорыльный разговор о травме. Twinless («Без близнеца») рассказывает историю двух парней, познакомившихся на группе поддержки для людей, потерявших своих близнецов. Они сближаются, затыкают друг другом дыры в сердце, находят стимулы продолжать жить, вместе играть в The Sims и ежедневно катить по супермаркету продуктовую корзину. Конечно, за 20-й минутой зрителя поджидает вполне закономерный твист, обещающий взорвать это кастомное чистилище в кульминации. Режиссер Джеймс Суинни сам же сыграл одну из главных ролей — и тут не сбежать от сравнений с «Реальной болью» Джесси Айзенберга. Здесь постановщик тоже залезает в шкуру невротика, скомканного целым комплексом комплексов. За другой полюс этого камерного анти—бадди-муви отвечает Дилан О’Брайен: он, как, опять же, Калкин в Real Pain, грубоват и простоват, но за всеми этими панцирями — саднящая рана, рубцуемая матершиной и маскулинностью. У Айзенберга был продуманский slice of life, а Суинни к богатствам медиума кино относится как заправский старатель. Не боится использовать полиэкран, чтобы подчеркнуть ту брешь, которая остается внутри человека после утраты его однояйцевого близнеца. Не гнушается монтажом калибровать чувствительность времени: статичные планы, грузные и грустные симптомы потери, вдруг сменяются чехардой витальных кадров, фиксирующих обретение человеческого тепла. Тут вообще пространство работает, в первую очередь, не на материальном уровне, оно являет собой изнанку личных травм, ритмизует процесс боли и её осознания. Инструментом раскрепощения героев становятся слегка бесящие в американском независимом кино наезды: едва на персонажей сваливается необходимость в душещипательном монологе, мы томительно приближаемся к рельефу лица. В кой то веки этот визуальный штамп не фрустрирует, но мобилизует зрительскую эмпатию. Наконец — это насквозь смешное кино. Поп-культурные отсылки поддерживают миф о зиллениалах, этом странном поколенческом витке, запертом между контркультурой и коворкингом. Суинни щупает пределы допустимого, отказываясь шепотом разговаривать о СТАТЬЯ № 135-ФЗ, насаждая в кадре ощущение стыдящейся самое себя свободы. Вот она и ищет выход в шутках-прибаутках, неловкостях, гэгах, степенно доходящих до крамолы — до тем смерти, брошенности, обреченности. Которые работают, надо сказать, на высвобождение негативного заряда в т.ч. и зрителя. У меня нет брата-близнеца, но никому, я думаю, не нужен релевантный опыт, чтобы как герои Twinless столкнуться с размыванием идентичности. Даром, что герой О’Брайена — Роман, родившийся с братом в Москве, штат Айдахо. Забытые в детстве на вещевых рынках, в юности одиноко курящие в тамбурах, в зрелости шлющие открытки в ответ на отказ с Head Hunter’a. Вечно ищущие Эйфелеву башню в Техасе. Мы все часто роемся в памяти, как в рюкзаке, будто идентичность — проездной билет. До собственной сути, из Москвы, штата Айдахо.