Разбираем четвёртую функцию религии — легитимирующую Именно она в традиционном обществе превращала грубую силу в священный порядок, и именно её трансформация сегодня порождает некоторый кризис доверия к власти. Именно эту функцию выпячивают на первый план некоторые марксисты, которые считают, что религия – это только способ управления, но не обращают внимание на другие ее важнейшие функции! В традиционном обществе власть никогда не держалась на одной лишь силе. Для устойчивости ей требовалось высшее оправдание, и это оправдание давала религия. Она объясняла, почему этот правитель сидит на троне, почему этот сословный порядок справедлив, почему человек должен подчиняться, а не бунтовать. Формы этого оправдания были разными, но суть одна: существующий социальный порядок объявлялся частью космического порядка. Бунт против власти был не просто преступлением — он был святотатством, покушением на мироздание, хотя были и исключения, вроде права на восстание, когда священный правитель нарушает правила. Но кроме сакрализации, в ряде традиционных обществ присутствовала и выборность. Римские консулы, греческие архонты, император Священной Римской империи, польский король — все они избирались. Но при этом их власть всё равно считалась освящённой высшими силами. Человек избирался на должность через процедуру, но сама эта должность, сам институт власти, сама система, в которой он действовал, были сакральны. Римский консул избирался, но его власть освящалась богами Рима и авторитетом жрецов. Польский король избирался, но его коронация была сакральным таинством, после которого он становился помазанником. Выборная процедура отвечала на вопрос «кто именно будет править?», а сакральная санкция — на вопрос «почему власть этого человека священна и нерушима?». Религия превращала политическое господство в сакральный акт. Правитель получал власть не потому, что был сильнее или хитрее, а потому что его избрали или утвердили высшие силы. В разных обществах это выглядело немного по-разному. Общее во всех этих системах одно: власть не нуждалась в постоянном доказательстве своей правомерности. Она была самоочевидной, потому что была встроена в сакральный порядок. То есть сакральное и выборное долго существовали вместе, не противореча друг другу. Это не было «или-или». Это было «и-то-и-другое». Выборная процедура определяла, кто именно станет правителем, а сакральная санкция придавала этой власти высший, нерушимый характер. Модерн не изобрел выборность, он убрал сакральную санкцию, оставив только выборность. Он заявил, что власть легитимна не потому, что освящена Богом, а просто потому, что избрана народом. Воля народа заменила волю Бога/ Неба и других высших сил. Сегодня легитимирующая функция религии упала практически до нуля в секулярных странах. Религия больше не оправдывает власть, не освящает иерархию и не делает социальный порядок сакральным. Она осталась лишь как частное дело. Религиозные лидеры могут благословлять политиков, но это благословение больше не является источником реальной легитимности. Оно является символическим жестом, рассчитанным на религиозную часть электората, но не более того. В результате объективных процессов модерна — секуляризации, рационализации, демократизации — легитимирующая функция религии сократилась до чисто символической. Из абсолютного источника власти она превратилась в ритуальный жест, который не имеет реальной силы. Секулярное общество принципиально плюралистично. Оно состоит из множества религиозных и нерелигиозных групп, ни одна из которых не может претендовать на статус всеобщего интегратора. Поэтому секулярное государство сознательно выносит религию за скобки публичной политики, превращая её в частное дело. Это не «ошибка» и не «деградация», а рациональный способ обеспечить мирное сосуществование разных групп. Религия теряет свою легитимирующую роль не потому, что кто-то злонамеренно её разрушил, а потому что она больше не может выполнять эту функцию в плюралистическом обществе, не порождая войн и расколов. Продолжение следует… ✍️ на «Аналитику Крондора» в Telegram, в МАХ и в Дзен!