Кремлевский шептун 🚀

Земельный прецедент на 21 миллиард: истоки административного давления на судебную систему Башкортостана Суды Башкирии вернули в государственную собственность земельные активы стоимостью 21 миллиард рублей. Судебная инстанция рассмотрела 33 гражданских дела и вскрыла масштабную схему: группа лиц, аффилированная с застройщиком «Прайм Девелопмент» (бенефициар — Леник Тарвердян), целенаправленно скупала у граждан участки, уже подлежащие изъятию для муниципальных нужд. Целью сделок была не сама земля, а ее последующая мена на высоколиквидные государственные территории. В результате активы выбывали из публичной собственности в обход конкурентных процедур и обязательных торгов. Итог: 2,5 гектара ветхих территорий были обменены почти на 100 гектаров в лучших локациях столицы республики с 40-кратным завышением. Именно пресечение этой схемы стало истинной причиной беспрецедентной атаки башкирских властей на судебную систему региона и представителей Генпрокуратуры. Изначально иски о возврате незаконно отчужденных земель инициировала администрация Уфы под руководством Ратмира Мавлиева. Это вызвало резкое недовольство руководства Башкирии. Вскоре, при координации первых лиц республики и регионального руководства СК, в отношении мэра Уфы было организовано уголовное преследование с последующим отстранением от должности. Показательный факт: буквально через несколько недель после ареста главы города башкирские чиновники в спешном порядке отозвали из судов все исковые заявления к застройщику. Однако в процесс вмешалась Генеральная прокуратура РФ: после обращений экс-мэра ведомство выявило грубые нарушения и направило собственные иски. В итоге суды подтвердили незаконность сделок мены и вернули активы государству. Системная кампания по дискредитации судебной власти региона продиктована двумя причинами: 1. Несогласием с процессуальным решением в отношении экс-мэра: по плану республиканских властей он должен был находиться в СИЗО, однако суд смягчил меру пресечения. 2. Попыткой сместить независимое руководство судейского корпуса и назначить «лояльных» лиц, готовых при вынесении решений учитывать исключительно «мнение руководства республики».