Эдуард Лимонов, “Я не хочу быть простым человеком” (М.: Альпина нон-фикшн, 2026 г.) Очень приятно сделанный том (пухлая бумага, факсимиле, много редких и интересно заверстанных фото) содержит лимоновские дневники 1971-го года и, довеском, несколько более поздних писем. Ранее дневники не публиковались, хотя изначально автор задумывал их как “открытую лабораторию”: перепечатал на машинке, сопроводил комментариями, словом - собрал как единый текст, готовый к изданию. Никогда бы не подумал, что лимоновские тексты могут быть скучными, но этот дочитывал с трудом. Дневники начинаются знакомством с Щаповой и одержимость “масенькой” размазывает автора в нежнейшее сливовое пюре. “Масенька надела черные кружевные трусики, Масенька подарила мне узкие брючки, и в этих брючках я такой худенький и тоненький, Масенька принесла мне бутылку вермута и ручки у Масеньки такие худенькие, и ножки такие тоненькие, и как я люблю свою Масеньку, и как Масенька меня любит”. Ванильный розовый баблгам Лимонов взбивает как лягушка из притчи, формируя из киселя то твердое ядро, от которого можно оттолкнуться и всплыть на поверхность из священных масечкиных складок. Собственно, в дневнике ЭЛ последовательно чередуются два регистра: растворенность в любви и рождение сверхчеловека, знающего “такие слова и их сочетания, как никто!” Подобное состояние суровые люди называют “качелями”, но осуждать ЭЛ не получается (кому вообще может прийти в голову осуждать влюбленного человека): он дико трудолюбив, чертовски внимателен, адски амбициозен, но пока еще разболтан, не проявлен до конца, “скорее из породы интересных женщин, чем мужчин”. Письма из 1982-го поставлены тут для необходимого контраста: вот в них герой почти сформировался. Даже структура текста становится жестче, это уже не брусничный кисель, а что-то более терпкое, не оставляющее на столе липких сладких пятен. Книжка сопровождена интересными комментариями Духовского, но мне лично не хватило алфавитного указателя имен. ЭЛ был гиперкоммуникабелен и захватил практически все слои московской богемы. Позже он почти о каждом напишет более развернуто, а в дневниках они мелькают калейдоскопично, впроброс, по большей части - лишь в контексте Масеньки. Но, если отвлечься, то начинание “Альпины” можно считать замечательным. Судя по анонсам, где-то у них лежат еще пять тысяч страниц неопубликованного Лимонова. Вылить их сейчас - поверх цифрового и гражданского кошмара, не цензурируя, все равно, что плеснуть сладкой кислотой на безупречную схему, замыкая цепи осточертевшей рациональности. Лет ит би, как говорится.