Вениамин Каверин, “Верлиока” (М.: Современник, 1983 г.) “Верлиоку” Каверин написал, когда ему было 79. Возраст почтенный, и если вам повезёт дожить до этих лет, и вы еще сможете удержать перо в руках или ноутбук на коленях, можете считать себя счастливчиком, баловнем судьбы. В ногах у вас ползают розовые внуки, за окном качают верхушками переделкинские сосны, всё вокруг залито золотым светом хорошей добротной старости. Внуки требуют сказок, отчего бы не сочинить еще одну? Верлиока, одноглазый демон разрушения и хаоса, прискакал к нам на одной ноге в деревянном сапоге из малоросского фольклора. Обижал он всех и вся: растрепал веревочку, выдрал селезню хвост, задавил девочку, охраняющую гороховое поле. Поплатился потом, конечно. Верлиока у Каверина - зло не менее древнее, родившееся из драконьего зуба в Колхиде, и последовательно реинкарнирующееся вплоть до 1970-х, чтобы в последнем своем воплощении оказаться в Советском Союзе. Зачин интересный, но повесть “в духе Шамиссо и Гофмана” я дочитал с трудом. Каверин сознательно смешивает романтическую фантазию и бесцветный позднебрежневский быт, отчего история становится похожа на выцветшую переводилку, наклеенную на дверь дачного холодильника. Это и не сатира, и не подлинное безумие сказок Шарова и Балла, а нечто среднее, “Понедельник начинается в понедельник”, чародеи в пиджаках и нейлоновых сорочках, поездки на “Москвиче” в город Шабарша, жители которого превратились в обходные листы. Сюжет движется странно, как не очень трезвый человек, возвращающийся домой из гостей. Иной раз хочется ему помочь, придержать за руку, поставить ровно, но он заваливается в сторону всякий раз, когда к нему приблизишься, причем, предугадать, в какую сторону идущего шатнет, невозможно. Мальчик Вася, рожденный из лунных пылинок и ошибки паспортистки, астроном Платон Платонович, девочка Ива, флиртующая со злом, потому что девочкам многое позволено: все они плосковаты и, что в сказках непозволительно, абсолютно выдуманы. Это просто картинки, нарисованные весьма условно, не вызывающие эмпатии. Сам же Верлиока в образе бюрократа с дикой фамилией Пещериков - зло всемогущее, но скучное и карикатурное. Подбешивало и сытое благополучие персонажей. Примерно так, с завистью, я в детстве смотрел из своих южных ебеней в телеэкран с “Электроником”: образцовая школа, личный мопед, благополучные, непьющие родители. Так же благополучны и персонажи каверинской сказки: лунный мальчик Вася, не успев окончить школу, уже сидит за баранкой “Москвича”, сексуально заряженная Ива пишет стихи и планирует свадьбу, в провинциальной гостинице столичным гостям готовят лучшие номера, и если бы не вмешательство древнего демона - всё катилось бы по накатанной, и до грядущей Перестройки, и после. Стеночки румынские, чешское стекло. Почти библейские чудеса, творимые Васей (оживил баскетболиста, превращенного в розовый туф, снял проклятие с лодочника и т.д.), нанизаны на синтетическую нитку мещанства. Рвется она лишь в финале, когда к герою приходит Судьба, чтобы уведомить, что дни его сочтены. Попытка заболтать, обмануть, перехитрить судьбу - это уже не Вася, это сам Вениамин Александрович, хороший писатель и честный человек. Но до финала нужно ещё дотянуть, а в компании уверенных рассудительных старичков, притворяющихся детьми, сделать это будет ох как непросто.