Но в данной системе есть уязвимость. Что и вдохновляет Мсье Густав Уже завтра мы встретимся на лекции про Кино в эпоху метамодерна, к которой я готовилась последний месяц. Будем в том числе подробно говорить про Уэса Андерсона, его quirky эстетику и немного поразбираем “Отель Гранд Будапешт” (хотя выбрать один фильм из его творчества было очень сложно). Пока пересматривала картину, любовалась своими любимыми рамками внутри кадра. В “ОГБ” они работают сразу на нескольких уровнях. Во-первых, это один из многочисленных элементов условности мира Андерсона. Он как будто каждую секунду пытается напомнить, что мы смотрим кино. И если вдруг вы сильно погрузитесь в происходящее и перестанете обращать внимание на границы экрана – Андерсон не оставит вам шанса их не заметить. Во-вторых, рамки внутри кадра встают в прекрасную параллель с любимой Андерсоном рамочной структурой повествования, когда сюжет строится по принципу матрёшки: история внутри истории внутри истории. В “ОГБ” таких матрёшек аж 4, и они превращают рассказ в очень любопытное воспоминание об убийстве о воспоминании, которое проходит через фильтр сразу нескольких героев. Наконец, главным макгаффином (предметом, вокруг которого закручивается повествование) является именно картина, тот самый “Мальчик с яблоком” (его нарисовал специально для фильма художник Майкл Тейлор). И постоянно подсовывая нам рамки, Андерсон подчёркивает в том числе важность этого бессмысленного на первый взгляд предмета. В котором, на самом деле, заключена огромная сентиментальная ценность для Густава. И ровно как Густав сохраняет картину как связь с прошлым, Зеро сохраняет отель как связь с прошлым, Андерсон помещает свой фильм в “рамку”, чтобы сохранить память о безвозвратно ушедшем. 〰️〰️〰️ А завтра подробнее поговорим о самом Уэсе и не только о нём. Буду очень рада встрече ❤️ 🔵4 июня | 19.00 🔵Arts Square Gallery (Итальянская ул, 5) Билеты по ссылке