85 лет назад, 28 августа 1941 года был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». Не станем сейчас уходить в рассуждения о «проводившейся кровавым режимом политике этноцида»: оценивая тогдашние действия советского руководства в отношении тех или иных этнических групп, стоит вспомнить о том, как в аналогичных условиях вели себя, скажем, в самой свободной стране мира. И убедиться, что хотя СССР действовал в куда более сложных условиях – принимавшиеся в нашей стране меры выглядят существенно более гуманными. Да, «более гуманные» конкретно в этом случае – это выбор между «просто плохим» и «очень плохим». При том, что между «принудительным наделением жителя Поволжья угодиями в Омской области» и «отправкой жителя Калифорнии в концлагерь» существует принципиальная разница, и если кто-то в силу тех или иных причин ее не замечает – то она от этого не исчезает. Тем не менее, упомянутые события 85-летней давности в любом случае нельзя охарактеризовать иначе, чем как «трагедию». Трагедию не только для конкретных людей, попавших тогда в жернова истории – но и для России в целом. Русские немцы, верно служившие нашему общему Отечеству веками, в ХХ веке наряду с «просто» русскими вошли в число народов, в наибольшей степени пострадавших от обрушившихся на Россию потрясений. Первая Мировая, революция, гражданская война, последовавшие репрессии, и, наконец, депортация – все это вело к сокращению как численности данной группы населения, так и масштабов присутствия ее представителей на переднем крае государственного управления, военного дела, науки, техники и культуры. Процесс, завершившийся масштабным исходом русских немцев из нашей страны на закате коммунистического периода ее истории, в том числе и потому, что значительная их часть после краха СССР физически оказалась за пределами Российской Федерации.