На фото меня тискает Арнольд Теймуразович Картозия. Мой грузинский дедушка, создатель моего отца Бориса Арнольдовича. Увы, дед умер раньше, чем я научился говорить. Поэтому своим вопросом я припер к стенке папу: — А почему нашего дедушку зовут как Шварценеггера? В 11 лет других Арнольдов я не знал. Это сейчас их круг необычайно расширился за счет композитора Дэвида Арнольда. Папа сверкнул хищной кавказкой улыбкой и сказал: — Вообще-то это имя он выбрал сам. Пошел в паспортный стол и взял имя, которое переводится с древнегерманского как «сила орла». Понимаешь, сынок, дедушка считал, что грузин может быть только сильным орлом. — А не кем? — с легкой тревогой спросил я. — При рождении нашего дедушку назвали Авраамом. — В честь Авраама Линкольна? — Не совсем. В честь библейского Авраама. — То есть, наш дед еврей? — Как ты мог такое подумать! — Что значит как? Авраам — не самое грузинское имя. — Тогда всех так называли! — Где? — В Зугдиди. Очень религиозный был город. Всех называли Авраамами, в крайнем случае — Давидами. А бабушкину подружку Жужуну мать и вовсе назвала Рахилью. Все это время наш диалог внимательно слушала моя мама Алла Леонидовна Якобсон — единственный в этой квартире сертифицированный потомок библейских персонажей. — Боря, хватит! — неожиданно сказала она. — Ребенок должен знать правду. Мать взяла меня за руку: — Это началось, когда Авраам женился на Раисе. Я настроился на ветхозаветный рассказ. — А отец Раисы — Яков — был донским казаком, монархистом, белогвардейцем, и, разумеется антисемитом. Так и говорил деду-грузину: «Не потерплю в своем доме жидодьявола». Он уже старенький был, но нрав крутой — чуть что сразу за нагайку хватался. С ним старались не спорить. Ну вот дед пошел и поменял имя. — Но почему именно Арнольд? — взмолился я. — Сынок, — папа вновь завладел инициативой, — я же тебе объяснял: потому, что наш дедушка был сильным орлом. ❤️ — в память об орле Арнольде