Среди марксистов-философов, особенно в России, имя Луи Альтюсера давно приобрело ореол культовой фигуры. Его идеи о структурной причинности, «эпистемологическом разрыве» и идеологических аппаратах государства стали предметом почтительного изучения в академических кругах. Но стоит выйти за пределы философских семинаров и картина меняется. Среди марксистов-практиков, тех, кто видит себя не теоретиком, а организатором, Альтюсер если и известен, то скорее как повод для снисходительной усмешки. Та же участь постигла многих левых мыслителей после Ленина: их наследие воспринимается как интеллектуальная роскошь, не имеющая отношения к реальной борьбе. Российские левые, увы, не любят соединять практику и теорию. А если и пытаются, то результат чаще всего оказывается невразумительным - очередной попыткой изобрести велосипед: создать кружок, затем партию, затем прийти к власти. Эта болезнь хорошо видна на примере крупнейшей левой партии страны. К наследию неомарксизма, и в частности к Альтюсеру, там относятся с прохладцей, почти не изучают его. Зато в левых сектах, напротив, на него могут молиться, но эти секты невидимы для избирателя, их голос не слышен за пределами узкого круга. Левое движение в России в целом остаётся глубоко консервативным. Человек, поддерживающий КПРФ, часто и в идейном плане консерватор, но не правый, а левый. Он не ищет новизны, не стремится переосмыслить классиков XX века. Поэтому настоящая, вдумчивая оценка выдающихся левых мыслителей современности, таких как Альтюсер, у российских левых ещё впереди. И от того, состоится ли она, во многом зависит, сможет ли левое движение в России выйти за пределы привычного круга идей и практик.