Если ты рассказываешь историю, свидетелем которой был сам, то она, как правило, получается правдивой от начала до конца. Места «для красного словца», как в замечательной книге Александра Нилина «Переделкино: поверх заборов», в ней попросту нет. И в преддверии финала Кубка собирался, не изменяя себе, поведать об одной из самых памятных побед «Спартака», случившейся на моих глазах — болельщика, журналиста или пресс-атташе. Так бы и поступил. Если бы не вспомнил про Алексея Ивановича Леонтьева, с которым мы служили в «Совспорте» с 5-миллионым тиражом. Рассказывая о «Спартаке» 40-х, ворота которого с блеском защищал, он делал это настолько выразительно (на крик «Играю!!!» сбегалась вся редакция), что мне казалось, будто на дворе 1946 год — и я, один из 70 тысяч зрителей стадиона «Динамо», близко к сердцу принимающий драматические события финала Кубка с тбилисским «Динамо» и даже по истечении 120-й минуты, когда Михаил Дмитриев трижды свистит в свисток и показывает на центр, еще до конца не верю: цифры в окошках деревянного табло (3 и 2) уже не изменятся — а значит, Кубок у нас, у красно-белых! — А как отметили, Алексей Иванович? — спросил однажды ветерана. — Вот об этом лучше не вспоминать… Ну да ладно. Как говорится, из песни слов не выкинешь. Так вот, пошли мы всей командой, захватив с собой Кубок, в кафе «Националь». И эстонский тренер Альберт Вольрат, как всегда, составил нам компанию. Правда, водку или коньяк наливал на донышко, а потом до краев наполнял бокал водой. Мы же отрывались в тот день по полной. Тем более что нас ждала премия — три тысячи рублей (на две тысячи меньше, чем за чемпионство). Короче, погуляли на славу. Вроде бы пора расходиться — и тут открылось «второе дыхание». Хотелось праздник продолжить, а деньги закончились. И тогда кто-то предложил оставить в залог Кубок. Директор кафе согласился. И застолье продолжилось — А когда расходились, про Кубок не забыли? — Я был уверен, что кто-то захватит его с собой домой. И так считал каждый. Если честно, даже забыли, что не рассчитались за «второй круг». Хорошо, что нам напомнили. На 28-й день в клуб позвонил директор кафе и настоятельно просил забрать «вазу» и отдать недостающую сумму. В тот же день мы скинулись, вернули долг, а нам во второй раз за месяц вручили Кубок. А главное, ни игроков, ни тренерский штаб — никого не наказали. Однако у этого застолья с русским размахом все-таки были неприятные последствия, о которых мне рассказал известный историк Аксель Вартанян. Два года спустя к совещанию у самого Суслова начальник отдела футбола спорткомитета СССР Виктор Дубинин (бывший тренер московского «Динамо») подготовил служебное письмо о пропаже после финала 1946 года Кубка, который чудом удалось найти через месяц! Председатель Спорткомитета Романов на основе письма издал приказ об увольнении с занимаемых должностей руководителей и сотрудников городского совета «Спартака». К счастью, гнев высокого начальства вновь обошел стороной тренеров и игроков. Между тем, к 44-му году «Спартаку» принадлежало два рекорда. В 38-м и 39-м годах он дважды подряд брал Кубок СССР, а еще в течение шести лет трофей хранился в одном клубе — «Спартаке». Дело в том, что с 1940 по 1943 год этот хрустальный приз не разыгрывался вовсе. За минувшие 80 лет приключения Кубка-46 ни разу не повторялись и вряд ли когда-нибудь повторятся. По крайней мере, если его 24 мая в Лужниках выиграет «Спартак», то после бурного празднования и импровизированной фотосессии на поле Кубок окажется в крепких руках директора уникального спартаковского музея Алексея Матвеева. А это, уж поверьте мне на слово, сто процентов надежности во всех отношениях! Дело за малым — в воскресенье забить хотя бы на один мяч больше, чем соперник. Как мой коллега Алексей Леонтьев и его товарищи по команде «Спартак» (Москва) в послевоенном финале 1946 года. Подписывайтесь: @leotrahtenberg