Историческая экспертиза

Дело с перепиской и донесениями в ПУБАЛТ даёт очень богатую пищу для размышлений и материал для целой серии постов на разные теме. Помимо фактического материала, эти документы позволяют ещё глубже понять глубокий внутренний конфликт в самом основании работы комиссаров и сотрудников политотделов. Речь здесь идёт не о внезапном осознании того, что они творят нечто аморальное, что было бы странно для людей, воспитанных аплодировать расстрельным приговорам врагам народа. И даже не о конфликте между долгом и чувствами, что всегда трогает стороннего наблюдателя, но всё же является проявлением слабости и непрофессионализма для тех, кто должен выносить вердикт беспристрастно, в строгом соответствии с текущим изгибом партийной линии. Речь идёт о куда более страшном противоречии, буквально библейского порядка, от которого не смог уйти многоопытный прокуратор. В данном случае я имею в виду не просто тех, кто находился в собственной кубышке осведомлённости о ситуации на фронте, но имел о ней достаточно полное представление, и вот что им наверняка было известно: (из обзора политико-морального состояния на Ладожской Военной Флотилии) Наряду со здоровым политико-моральным состоянием личного состава на ЛВФ, имеется много аморальных явлений, проступков и резко выраженных отрицательных политических настроений. Особенно много случаев воровства, начиная от мелких краж и кончая крупными хищениями продуктов и других ценностей (КЛ "Бурея", СС "Связист" и много других)... ...Факты крупных хищений и большое количество мелких краж, наличие картёжной игры и большая вшивость береговых команд подтверждает слабое руководство командиров и военкомов подчинёнными частями. Начальнику Политотдела бригады подводных лодок КБФ полковому комиссару т. Медведицкому 04.03.1942 Немедленно донесите в Политуправление КБФ о вопиющих безобразиях в системе расходования продовольствия, указанных в приказ Командующего КБФ за №053 от 05.02.1942г. Начальник оргинструкторского отдела ПУБАЛТ полковой комиссар Рывчин В этом и других делах политуправления, а также делах политотделов разных частей сохранилось множество подобных донесений, которые у меня физически не было времени копировать. Но я думаю, публике будет достаточно и этой пары примеров, чтобы согласиться с моим выводом о том, что воровство на флоте и на фронте процветало и приняло угрожающие масштабы. Не будучи способным совладать с ворами, Особый Отдел куда успешнее карал тех, кто вслух говорил очевидное: Из "Обзора политико-морального состояния личного состава кораблей и частей КБФ за период с 1 по 15 февраля 1942 года", составленного для начальника ПУБАЛТ дивизионного комиссара Лебедева, составленного начальником ОО НКВД КБФ, тоже дивизионным комиссаром и тоже Лебедевым: Наибольшее количество повстанческих настроений, возникших на почве питания, имели место среди личного состава эсминцев "Страшный" и "Грозный". Это объясняется слабой политико-воспитательной работой на этих кораблях. Привожу примеры: Краснофлотец э/м "Страшный" Петров Василий Карпович, 1918г.р., член ВЛКСМ, из рабочих, ранее высказывал пораженческие взгляды в присутствии краснофлотцев Ивакина, Клишанова, Другова и других, заявил: "Командование корабля нас во всём обманывает, они все жиры и мясо, которые отпускаются для нас, пожирают, а сами сидят и ничего не делают, и если мы будем молчать, то все погибнем от недоедания. Нужно действовать всем вместе, тогда могут все эти приказы отменить и ком. состав будет питаться вместе с личным составом". (оформляется арест Петрова) Краснофлотец этого же корабля Другов Константин Григорьевич, 1921г.р., член ВЛКСМ, русский, рабочий, в присутствии Коваленко, Ивакина, Арютина и Петрова В. К. высказывал ряд отрицательных настроений: "Теперь наш комсостав стал как офицерьё, только и разница, что нет телесного наказания. Жрёт столько, сколько ему нужно: котлеты, печенье и т.д. Когда корабль наш будет в море выполнять боевую задачу, в ответ на приказание любого среднего командира - выброшу его за борт и скажу: "Это тебе за то, что ты жрал хорошо в голодное время, вот за это и получи". Мне смерть не страшна, потому что я голодный, как собака". Присутствовавший здесь же Петров В.К. поддержал Другова, заявив: "Комсостав все жиры и мясо поедает за нас, а мы не евши, подохнем, если только будем молчать. Нужно всем поднять разговор и всем вместе действовать, тогда чего-либо добьёмся". (оформляется арест Петрова и Другова) Таким образом, зная, что эти люди говорят если не чистую правду, то едва ли грешат против истины, комиссары давали добро на их арест из высших государственных соображений. Возможно, они даже сознавали, что в том, что побудило осуждённых к таким высказываниям, была и часть их собственной вины. Однако шизофреничность ситуации на этом не заканчивалась. Практически те же люди, кто осуждал говоривших правду и делавших полностью закономерные обобщения, вполне серьёзно расследовали те же высказывания о хищениях, когда они принимали форму документа: Члену военного совета Ленинградского фронта от кр-ца ж/д батареи "АТ" 88 тов. Гатаулина М.Н. Доклад Прошу разобрать данный мой доклад и обратить внимание, т.к. мною было писано в политотдел КБФ, но ответа я не получил до сего времени, а потому пишу Вам. В жел.дорожной батарее "АТ" 88, которая находится на Ленинградском фронте, творится ряд ненормальностей, которые недопустимы, как-то: С Порта Ленинграда получают продукты по норме, а в части их урезают неизвестно по какой причине. Получали хлеба по 500 гр. на человека, а в части давали по 460 и 450 гр. и это продолжается по сей день., тогда как командный состав батареи питается в любые часы суток и ночи и приглашает к себе гостей, а потом эти расходы высчитывают с краснофлотцев. В вагоне, где находится штаб, в батареи приглашают чужих женщин, где они бывают по несколько часов. Бывали такие случаи, когда командир батареи и его помощник покидали батарею и уходили к женщинам, вследствие чего срывали боевое задание и не выезжали на боевую позицию, а если и выезжали, то опаздывали и задание штаба не выполнялось. Были получены конфеты с завода Морозова 22 кг, а бойцам дали всего по две конфеты, а остальные разобрали командование штаба и ряд недовольств л/с питанием. Оторванность как командира от л/с мало бывает с л/с и беседует, общение с женским персоналом, которые вместо частей бывают на батарее. Отсутствие командира на батарее целыми ночами, пьянки на батарее, самовольные отлучки л/с, за которые тоже не принимаются меры, уход самовольно с постов, всё это имеет место в нашей батарее. Грубое обращение как командира, так и его помощника с личным составом. Получали продукты помимо порта, как-то: со склада Каменки было получено хлеба и сахару 12кг, которые командование взяло себе, а не сдали на склад. Не занимаются воспитанием бойцов, а занимаются зажимом самокритики и угрозой бойцов. Эти явления в дальнейшем продолжить нельзя, а поэтому прошу разобрать мой доклад и обратить внимание. Знает об этих нарушениях командование дивизиона, но мер не принимает. 03.01.1942 К сему, Гатаулин. Начальнику ПУБАЛТ Направляя доклад красноармейца ж/д батареи "АТ" 88 тов. Гатаулина М.Н. на имя члена военного совета Ленинградского фронта, прошу провести расследование по существу содержания доклада. О результатах прошу срочно сообщить. По данным штаба Ленфронта, батарея находится в ведении Балтфлота, место расположения ст. "Дунай". подпись: послать срочно копию т.Красникову с приказанием срочно расследовать В комиссары и политработники, безусловно, шли разные люди, и как в других областях жизни, по разным причинам продвигались наверх. Среди них, безусловно, были твердолобые инквизиторов, без рефлексий гнущиеся под линию партии, но были и люди более сложно организованные. По причине зашаблоненности темы, такую повесть едва ли кто напишет, но я бы изменил себе и взялся за нелюбимый мной худлит, если бы нашёлся писатель калибра Достоевского, способный описать сложное противоборство в душе комиссара, пришедшего вершить суд именем товарища Сталина и революции, и вдруг нашедшего себя в жутком и вязком болоте взаимоисключающих параграфов. ЦВМА, ф.102, оп.1, д.229, л.261,290,291,341,324-325